Сахар на дне

То, что мне снилось, чего я так боялась. Раньше в моих снах это были голоса насильников из сквера, но потом всё изменилось, и я перестала бояться.

Я выполняю. Смотрю на Алексея снизу и тону в мраке его глаз. Потустороння тьма, горящие искры пьянят и затягивают в водоворот.

— Прикоснись.

Я опускаю ладонь на вздыбленную ширинку. Твёрдая эрекция ещё раз убеждает меня в том, что выбор одежды был правильным.

Шевцов помогает мне высвободить себя и впервые за время нашей близости я прикасаюсь к нему. Это волнует и будоражит.

Твёрдый как сталь орган покрывает нежная, словно шёлк, кожа. Я обхватываю его ладонью и медленно скольжу. Алексей направляет меня своей рукой. И мне нравится то, что я чувствую под пальцами. Теперь же я понимаю, что означает власть женщины над мужчиной, какова она.

— Открой рот, Яна.

Сухость во рту внезапно проходит. Я размыкаю губы и немного подаюсь вперёд. Он меня не вынуждает, я сама хочу.

На вкус он необычный. Приятный и очень нежный. Поначалу я действую несмело, прислушиваясь к реакции.

Судорожные вздохи подтверждают, что я иду в нужном направлении. Это придаёт смелости.

Вскоре Алексей запускает пальцы мне волосы, немного сжимает их и сам начинает толкаться навстречу. Так сложнее, но я готова учится. Готова платить той же нежностью, которую дарит мне он. Да и что греха таить, моё насквозь промокшее бельё свидетельствует о том, что мне и самой нравится.

— Всё, пиздец, — вырывается гортанный рык у Шевцова, — ты с ума меня сводишь, Снежинка, я рехнусь с тобой…

Он вынуждает меня подняться, рывком подхватывает под бёдра и несёт на кровать.

А потом сторицей возвращает за мою смелость и готовность учиться новому.

42

Не знаю, в какой момент сладкая дрёма захватила меня в плен. И сейчас я выныриваю из неё. Сладко и легко. Пиздец, скоро мне станут сниться кисельные реки и зефирные берега.

Чувствую, как тоненькие пальчики Снежинки пробегаются по коже спины. Как раз там, где набита её тёзка.

Напрягаю вытянутые руки, растягивая мышцы спины.

Больно, твою мать. Этот бородатый хрен прилично приложил меня вчера.

— Ты проснулся? — слышу лёгкий шелест её голоса.

Эти нежные звуки выходят из… Чёрт… её рот. И недавнее тихое и несмелое «ты научишь меня?» Это далеко не первый мой минет, и уж точно не самый искусный. Были женщины, ласкавшие мой член куда как более профессионально, но я не помню таких поглощающих трепетных ощущений. Когда всё нутро выворачивает только лишь от близости её дыхания там.