Аннулет. Книга 4 – Князь II

Тайный сыск, выросший из опричников, — люди, преданные лично Императору. Они дают клятву и служат конкретному человеку. Когда старый Император уходит на покой, с ним уходят и большинство сотрудников сыска. Новый Император занял престол чуть больше десяти лет назад, тогда и обновили состав тайного сыска. Получается, Скуратов занял эту должность в возрасте чуть больше двадцати лет. Неплохо!

— Если удостоили, значит, было за что, — ровно произнёс Станислав, — я займу пару минут вашего времени, — он вынул из ящика стола полупрозрачный камень.

Выглядел тот неказистым и напоминал кварц. С таким я уже сталкивался — это камень правды, только очень большого размера.

— Мне скрывать нечего, — я показал, что знаю предназначение данного камня, — готов ответить на все ваши вопросы, — в том, что меня проверят, я и не сомневался, просто думал, что этим займутся менее значительные люди.

— Хорошо. Вы замышляете что-нибудь против Империи? — начал он.

— Нет.

— Действием или бездействием чинили ли вред Империи в прошлом или Императору лично?

— Тоже нет, — спокойно отвечал я с полуулыбкой.

Подобные вопросы меня не страшили.

— Знакомы ли вы с людьми, которые замышляли или замышляют вред Империи и лично Императору?

— Возможно, — ответил я, глядя на безучастное лицо собеседника.

— Поясните? — вскинул тот на меня глаза.

— Ну например, мой учитель истории в коллеже подстрекал учеников выйти на митинг против принятия нового закона. Это считается? Или вот — у меня хотели сжечь завод. Это же тоже вред Империи? Рабочие места бы потерялись.

Налоги бы не платились. Да и репутация Императора могла пострадать. Негоже это, когда подданных лишают средств к существованию, — начал расходиться я, — или вот — мою машину сожгли почти в центре города! Это какой тоже ущерб! Репутационный! Империя не следит за порядком на улицах! Бандиты творят беззаконие!

— Понятно, — Станислав устало прикрыл глаза, — всегда одно и то же. Каждый мнит себя самым умным, — произнёс он куда-то в сторону, заставив меня почувствовать себя расшалившимся ребёнком.

— Прошу прощения, — признал я свою неправоту. Судя по всему, Скуратов частенько задаёт такие кривые вопросы — возможно специально, чтобы раскачать собеседника.

— Принимается, — тот кивнул с важным видом, — замышляете ли вы лично или кто-то в вашем ближайшем окружении против Императора? Имеете ли вы какие-нибудь обиды на него?

— Нет.

— Замечательно. Опрос окончен, — Скуратов убрал камень обратно в стол, — пройдёмте со мной.