Истинная про запас

Я расстраивалась, но мой супруг постоянно говорил, что, видимо, еще не время, что обязательно принесу ему много сильных наследников. Я верила ему, любила и надеялась на скорейшее исполнение своего самого заветного желания.

В нашем мире наличие оборотнических генов автоматически делало меня самой желанной невестой, даже если не было приданого. Так вышло и со мной, когда однажды на ярмарке я встретила своего маркиза, то больше расстаться с ним не было возможности. Инстинкты сделали свое дело. Прекрасный, галантный и добрый мужчина тоже влюбился в меня с первого взгляда.

Кто сказал бы мне тогда, что люди не чувствуют истинности, я рассмеялась бы ему в лицо. Потому что более крепкого союза я не видела ранее. Он любил меня безмерно, баловал и боготворил. По крайней мере, мне так казалось… Много ли я понимала в свои восемнадцать лет? Теперь я, определенно, точно знаю, что тогда ничего не понимала, как и пять последующих лет супружеской жизни.

Один день, который перечеркнул мою жизнь, испепелил в сердце любовь и сделал огромную дыру в душе.

Всего лишь миг, подслушанный разговор, после которого начался мой персональный кошмар.

Два часа назад

— Ты проигрался, Брант, — самодовольно произнес постоянный гость моего супруга.

Признаться, у меня не было уже желания привечать его в нашем доме. Пагубное желание моего супруга играть в карты до последнего начало пугать меня. Но слушал ли меня Брант? Нет. Он постоянно отсылал меня из кабинета, закрываясь там с герцогом Отранголдом, а потом выходил подавленным и разозленным.

В кои-то веки я решила подслушать разговор двух мужчин. О том, что у мужа есть потайной выход из кабинета, я знала давно. Случайно заметила его, когда искала книгу для чтения перед сном. И стоило только двери кабинета закрыться, как я, словно мышь, побежала в соседнюю комнату, открыла потайной ход, пробежала на носочках по холодному каменному полу и прильнула к влажной стене.

— Хочу отыграться, — нервозно заявил мой супруг.

В ответ я услышала только громкий смех герцога. К сожалению, видеть мужчин я не могла, но это не мешало представлять их лица.

Я еще плотнее приложилась ухом к кирпичной кладке. Меня не пугала сырость помещения и шорохи, раздающиеся в темных коридорах потайного хода. Я поставила маленький канделябр на пол, чтобы не дай бог случайно его не потушить и приготовилась слушать.

— У тебя уже ничего не осталось. Ты промотал все состояние, Брант, — снисходительно проговорил герцог, снова рассмеявшись.

А я забыла, как дышать.