Призванная для Дракона

Оно обрушилось на нее ледяным потоком, такое безграничное и всепоглощающее, что девушка покачнулась.

— Осторожнее, — мягко поддержала Ранель. А потом добавила с искренним сочувствием: — Поплачьте, и вам станет легче.

— Откуда вы знаете? — Тая бросила на нее раздраженный взгляд. — И с чего взяли, что я нуждаюсь в вашей жалости?

Меньше всего ей хотелось видеть сочувствие в глазах окружающих. Особенно, этой красивой, холеной, жизнерадостной куклы, знающей о настоящих страданиях лишь понаслышке!

Все, что ей нужно сейчас, это раненой волчицей забиться в нору.

В самую темную глубокую нору, где ее никто не найдет. И там, в одиночестве нареветься всласть, поголосить по-бабьи, как над покойником, а потом зализать свои раны. И вернуться к жизни, как ни в чем не бывало.

— Поверьте, я знаю, о чем говорю, — Равель снова улыбнулась. — Я виде лавашу брачную вязь. Она достаточно крепкая, чтобы транслировать эмоции в обе стороны. И то, что вы сейчас ощущаете, это не только ваши чувства, но и отголоски чувств вашего супруга.

— Только отголоски? — прищурилась Тая.

— Да. Всей бури его эмоций вы бы не выдержали.

Не удержавшись, Тая замедлила шаг и подозрительно уставилась нареки Равель.

— Откуда вам столько известно? Вы же не дёрг и брачной вязи у вас тоже нет.

Та, поймав ее взгляд, с улыбкой поправила кружева на запястьях.

— Может, перейдем на «ты»? — предложила Ранель. — Я еще не такая старая, всего-то семьдесят лет, — и подмигнула ошарашенной Тае.

— Сколько?! — пискнула та.

— Семьдесят. И я уже полвека как замужем за даргам из Сапфирового клана.

Тая поверила ей сразу и безоговорочно.

Теперь стало ясно, почему у этой юной на вид девушки глаза умудренной опытом женщины. Но подобную новость следовало переварить.

— Хотите… гам… — она прочистила горло, — хочешь сказать, что брак с даргам делает тебя молодой?

— Ну конечно. И тебя тоже.

Внезапно остановившись, Равель внимательнее взглянула на Таю."

"— Или ты не знала об этом? — переспросила недоверчивым тоном. И Тае показалось, что в глазах Равель мелькнуло осуждение.

 — Ну, Крейнеррин! Чем только думал!

Она всплеснула руками.

— Что? — забеспокоилась Тая. — Я не знаю чего-то важного?

Она и так знала, что Крейн не был с ней до конца откровенным. Нет, он ей не лгал. Ни разу за все время их совместной жизни он ей не солгал. Но отмалчивался постоянно. Если не хотел говорить, просто разворачивался и уходил. Молча. Невзирая на то, что такое поведение ее задевало и обижало.

И теперь Тая чувствовала это как никогда.