Игра не для слабых: Наемник

Хорошее прикрытие для тех, кто хочет слиться с толпой и не особо отсвечивать."

"До городских ворот ехать было ещё порядочно — предместья расстилались довольно далеко. Я поудобнее уселся в телеге и окинул взглядом спутников. Тур и Бъянка тихо посапывали, укрывшись одним плащом на двоих. Когда колесо повозки попадало в яму или лужу, здоровяк ворочался и что-то неразборчиво бормотал, проклиная какого-то Сворма. Рядом храпел Вернон, обняв своё главное сокровище — веник из трав. А Ансельм держал поводья и смотрел на дорогу, насвистывая себе под нос какую-то смутно знакомую песенку.

От нечего делать я снова принялся ковыряться в своей дорожной сумке. Первым под руку попался гримуар, но его открывать не хотелось. Не хватало сейчас ещё отключиться, в попытке выучить новое заклинание. А кроме книги у меня был только старый потёртый футляр с письмом покойного барона внутри.

Я достал его и повертел в руках, рассматривая замысловатый рисунок печати. Надо бы рассказать Ансельм про это послание. Мало ли он знает владельца того постоялого двора.

— Слушай, — с чего начать разговор я не очень понимал, потому решил всё выложить прямо, — У меня тут письмецо есть. Вроде как рекомендация от одного из ваших агентов — барона тамошнего. Местный корчмарь, получив его, должен был направить меня дальше по следу Алерейского.

— Ну-ка дай сюда, — Ансельм тут же оживился и выхватил у меня из рук футляр. Немного повертев его в руках он бесцеремонно взломал печать и достал наружу бумажный сверток. Текста там было немного.

— Хреново, — спустя пару минут молчания выдал он, — В Деммерворте нам придётся задержаться. Нужно будет решить тут пару проблем.

— А что случилось? — поинтересовался я, усаживаясь поудобнее.

— В здешних краях у нашей гильдии нет никаких агентов, — сказал он, возвращая мне письмо, — Тебя продали. С потрохами. За несколько мешков зерна. Скорее всего тех гончих, которые вас атаковали на тракте, тоже позвал этот самый барон, написав им, где удобнее всего тебя будет перехватить.

Я развернул старый пергамент и пробежался по нему взглядом. Витиеватый почерк Виктора разобрать было трудновато, но среди вензелей и завитушек слова всё-таки угадывались.

«Отправляю к тебе ещё одного одарённого. Убедись, чтобы он попал в руки к нашим общим друзьям. Оплату пусть оставят зерном и мясом в нашем старом месте. Деньги в этот раз не нужны.