Пленники темной воды

– Вот только задержите мне, только попробуйте! Шеф мне башку оторвёт, а я вам.

– Как же отрывать то будете, Пётр Сергеич? Если сами без головы.

– Для вас уж постараюсь.

– А чего сейчас то вызывают?

– Ты за дорогой смотри… Узнаешь, в своё время.

Слившись в длинную полосу, замелькали выхваченные из темноты светом фар ветви, шатром нависшие над дорогой.

– По шоссе надо было… Не заблудиться бы.

– Сто раз ту ездил. И то…

– Стой, молчи. Телефон вроде? Точно, звенит! Ты куда его положил?

– Где был – там и остался.

Пётр Сергеевич, перегнувшись через спинку кресла, пошарил рукой по заднему сиденью. Нащупал пиджак и запустил руку во внутренний карман.

– Точно, телефон верещит. Вот как чувствовал я! Ладно, гони уж!

Коля улыбнулся. Он знал заранее, что Сергеич начнёт паниковать. И обязательно попросит увеличить скорость.

Ведь так было и прежде. Это не первый ночной визит.

– 7-

Поздний вечер.

Ида посмотрела в зеркало. Поправила немного сбившуюся причёску.

«Всё хорошо, глупая, всё хорошо» мысленно успокаивала она себя. «Ты ему нравишься. Он просто без ума от тебя. Честное слово, последние два часа он смотрел только на тебя. Ведь ты уверена в себе, не так ли? Ну, тогда пора!»

Она распахнула дверь и вышла в зал. В полутьме над столиками вспыхивали огоньки сигарет. Звуки едва долетали до неё, ей казалось, что бредёт она в странном тёмном тумане, внезапно заполнившем ночной корабельный бар.

На миг ей показалось даже, что пол качнулся у неё под ногами… Но, впрочем, просто в борт могла ударить волна.

Это только кажется. Или она немного пьяна?

Да, совсем чуть-чуть. Ровно настолько, чтобы побороть робость. Эту старую и порядком надоевшую подругу-робость; тихую, скромную подружку, что вечно отговаривает от авантюр («ах, нет! это же так опасно!»), опрометчивых связей («но ты же его совсем не знаешь!») и непродуманных поступков («а последствия?!»).

Вечно эта подружка забивается куда-то в тёмный угол, сжимается пугливо там в комочек и советует… Тихим, но отчего то таким ясно различимым даже на самом большом расстоянии шёпотом.

Она и сейчас пытается что-то сказать… Но туман в голове… И сквозь этот туман не прорваться резким, пугливым фразам.

Ида счастлива. Она больше не слышит докучливую свою подругу.

«Всё по другому. Сейчас всё по другому».

– Соскучился?

Ханс улыбнулся. Улыбка получилась какой-то виноватой.

– Не успел.