Незавидная невеста

На этот раз мне принесли чудесное белоснежное бальное платье с красным пояском, золотые украшения в маленькой шкатулке и карточку с королевской печатью.

В своем послании Брайн Стенвей, король Арондела, сообщал, что искренне сожалеет о сегодняшнем досадном происшествии на охоте, а также о том, что он пока еще не в состоянии выполнить свое обещание.

Его задержали государственные дела, поэтому наше свидание откладывается. Вернее, оно переносится на завтрашний день. Или же на послезавтрашний.

Впрочем, король пока еще не может сказать точно, когда оно состоится, но он уже в предвкушении от нашей будущей встречи.

На это я усмехнулась — так уж и в предвкушении!.. Настолько спешит со мной встретиться, что даже не знает, когда это произойдет!

Но чтобы загладить свою вину, писал мне Брайн Стенвей, он будет счастлив, если я приму в дар это платье. Он надеется увидеть меня в нем уже на сегодняшнем балу, который мы и откроем нашим первым танцем. К тому же он прослышал, что с моим багажом случилось несчастье и я явилась на отбор с одним саквояжем…

На это я закатила глаза.

Так вот, продолжал король, он не понаслышке знает, настолько коварны воды Бискарского Залива, так как они уже забрали его родителей, погибших во время шторма. И будет рад, если я приму его скромный дар.

Тут в дверь постучали. Явились слуги, которые принесли мне целый ворох одежды — похоже, тот самый «скромный дар», — и я, несколько раз перечитав письмо Брайна Стенвея, подумала, что король несказанно мил и заботлив.

Но при этом я не чувствовала к себе интереса. Со стороны Брайна Стенвея, уверена, это было всего лишь проявление хваленого гостеприимства и… холодное любопытство.

Король вовсе не рассматривал меня как подходящую партию — да и какая из меня партия?! Наоборот, он разглядывал меня, как…

Как выставочный экземпляр — например, редкий и на короткий миг вызывающий удивление вид северных бабочек, которых искал в Черных Скалах Хокка знаменитый маг и энтомолог Стенли Уффорд.

Помню, нескольких мальчишек и девчонок из приюта отправили ему на помощь, чтобы мы выслеживали на каменистых склонах для известного столичного ученого редкую «добычу». Позже магистр Уффорд угощал нас сладостями и рассказывал о том, как много потерял наш мир, когда образовались Грани.

Вот и рядом с Брайном Стенвеем я не чувствовала себя особенной.