Незавидная невеста

И я собиралась обязательно ему об этом рассказать. Если, конечно, выживу, потому что я понятия не имела, что здесь происходит.

Но выжить все-таки бы не отказалась, поэтому под моими ладонями принялись разгораться красные магические вихри боевого заклинания.

— Не волнуйтесь, леди Корнуэлл! — отозвался лакей. Он был молод и вполне уверен в себе. — И магию свою тоже уберите. Я не причиню вам вреда.

— Уберу, когда скажете, что вы задумали!

— С вами кое-кто хочет увидеться, — вот что он мне на это ответил.

И раньше, чем я успела возмутиться — ему следовало предупредить об этом заранее, а не ставить меня в известность, когда я чуть было не стерла боевым заклинанием ухмылку с его лица!.

. Так вот, в этот самый момент лакей показал мне знак Братства Голодных.

На это я кивнула — ну конечно, кто же еще?! — и мы продолжили путь. Ничего рассказывать он не стал, кроме того что мы направляемся к конюшням, расположенным возле западного крыла, где и состоится встреча.

И я уже догадывалась, с кем именно.

Вскоре мы беспрепятственно выбрались из дворца, но затем столкнулись с патрулем.

Они тоже не стали проблемой — лакей показал знакомым ему стражникам знак Братства, и нас пропустили без разговоров. Затем показались те самые конюшни — узнала их по запаху, — но, приблизившись, внутрь мы не пошли и лошадей пугать не стали. Вместо этого свернули за угол, после чего лакей заявил, что дальше он уже не пойдет. Подождет меня здесь, чтобы проводить после встречи назад, в Крыло Невест.

Меня же ждут как раз за следующим углом.

Кивнув, зажгла магический светлячок — потому что факел остался с моим проводником, — после чего завернула за бок темного здания, представ перед тем, с кем рассталась два года назад.

Именно его я искала после того, как сошла с борта «Гордости Империи», и именно он меня нашел. Это был мой друг детства — тот, кто помог мне раздобыть деньги на лечение Олли, и, что уж тут кривить душой, только благодаря его помощи мой брат все еще был жив. Не умер в приютском лазарете, куда переводили безнадежно больных.

— Агата! — выдохнул Мэтью, двинувшись мне навстречу.

А я… Я почему-то непроизвольно отшатнулась.

Отшатнулась, потому что я вовсе не думала кидаться ему на шею после двухлетней разлуки. Вместо этого попятилась, так как зажженный мною магический светлячок, с трудом отвоевывавший кусочек освещенного пространства у чернильной темноты, вырвал из полумрака совсем другого человека.

Мало похожего на того, кто оставил меня на острове Хокк.