Наследница долины Туманов

Мимо нас с визгом пронеслась ребятня. Мои многочисленные племянники гоняли

мяч с детьми прислуги.

Это было так необычно для меня. Тут детей не делили по положению в обществе,

играли всей гурьбой. Поймав одну из своих дочерей близняшек за подол платья,

Ниори вытерла платком ей нос.

- До лета ещё далеко, милая, - сделала она замечание, - застёгивай плащ

плотнее, чтобы не простыть.

Кивнув, девчушка рванула к остальным, только косички в воздухе взвились.

- А учить вы их когда будете? - поинтересовалась я. - Ведь возраст уже.

- Какой там возраст, - отмахнулась подруга, - я в их годы ракушки собирала, да

бусики делала, чтобы на яблоки у торговцев обменять. У детей должно быть

детство. Подрастут, поумнеют, остепенятся, тогда уж усажу за книги, а пока пусть

носятся.

Согласно кивнув, я снова бросила взгляд на балкон. Эмбер всё ещё была там и

держалась за поясницу.

- Ниори, Сая бы позвать, - спохватилась я. - Эм мне что-то не нравится.

Привстав, я снова ощутила боль в спине. Закряхтев, схватилась за живот.

- Да, - протянула со знанием дела подруга. - у Сая сегодня будет сложный день.

Кажется, наша Крисс просится к мамочке и папочке.

Не успела я понять, о чём она, как Алеш уже летел со мной на руках к главному

крыльцу.

Рожаю, наконец, поняла и испугалась.

Следующие несколько часов оказались сплошным мучением. Нас с Эмбер уложили"

"в одну комнату. Сай не отходил ни на секунду, Каил и Алеш сидели под дверями, а

командовала всем происходящим моя нянечка.

Наверное, поэтому мне было спокойно.

Чётко выполняя все её указания, я глубоко дышала и думала только о хорошем, не

поддаваясь панике и стойко терпя боль.

Первые крики своей дочери, я, наверное, не забуду никогда.

Столько возмущения в них слышалось и беспомощности.

Через несколько минут родила и Эмбер: её сынишка всё больше молчал и с

любопытством разглядывал комнату и своего отца, который, завернув его в

пелёнки, уселся на пол рядом с кроватью жены и, кажется, шептал слова молитвы.

Скрипнула дверь, и в комнату вошёл бледный Каил.

простыни, валяющиеся на полу, он пошатнулся.

- Чего ты, сынок? - проворковала нянечка. - Хорошо всё с девочками твоими. Легко

всё прошло.

- Легко! - выдавил он из себя. - Ты о чём, старушка, да она кричала. Моя Амэлла

кричала, не переставая.

- Ну, а ты сам попробуй, роди, тоже молчать, как рыба, не будешь, - отмахнулась

нянечка. - Вот и дожила я до этого момента, - счастливо проговорила она и взяла

Крисс на руки.