И один в тайге воин

— Пилот в отставке? — удивлённо выгнул бровь старик.

— Комиссована по ранению, — ответила она, принимая строевую стойку.

Разговаривать с этим человеком в другом положении было выше её сил.

— Мой дед, граф Михаил Михайлович Шувалов-Шуйский.

— Достаточно было бы просто сказать, что это твой дед. Легенду армии не знают только штафирки гражданские, — отмахнулась Дарья.

— Присаживайтесь, сударыня, побеседуем, — прогудел старик, указывая на роскошное кожаное кресло явно ручной работы. — Гриша, спустись на кухню, там Светлана хозяйничать должна.

— Угу, — кивнул Гриша, моментально растворяясь в воздухе.

У Дарьи сложилось впечатление, что даже дверь не шевельнулась.

— Итак, барышня. В каких отношениях вы с этим балбесом? — спросил старик, глядя ей прямо в глаза. — Не тушуйтесь. О нравах нынешних мне хорошо известно. Говорите как есть.

— А мне скрывать нечего, — тряхнув своей огненной гривой, решительно заявила Дарья. — Я женщина свободная, детьми не обременённая. Хотя и замужем побывать успела.

— А чего сюда, а не на курорт какой? Интересно стало?

— И это тоже. Бабка моя из этих мест. В посёлке жила с матерью. Тоже рыжая. Я мастью в неё удалась. В честь неё и назвали, — дерзко улыбнулась Дарья.

— Рыжая Дарья? — удивлённо уточнил старик. — Её мать, случаем, у купцов гувернанткой не служила?

— Было такое, — кивнула она.

— Помню её. Я и сам ещё мальцом был, но её помню. Красивая была женщина, — задумчиво протянул старик, откидываясь на спинку кресла.

* * *Мужчины тихо обсуждали дела семьи, И Дарья, пытаясь проявить такт, незаметно выскользнула в коридор. Пройдясь вдоль портретов, она ещё раз подивилась реалистичности их выполнения. Дверь в кабинет оставалась открытой, так что обрывки разговора она продолжала слышать, но называемые имена оставляли её равнодушной. Этих людей она попросту не знала.

Дойдя до окна в конце коридора, она мимолётно погладила ладошкой роскошную рысью шкуру и не спеша отправилась обратно. Тихо войдя в кабинет, она незаметно осмотрелась и вдруг заметила ещё один портрет. Гибко обогнув сидевших у стола мужчин, Дарья подошла поближе и, всмотревшись в подпись в углу холста, растерянно ахнула:

— Этого не может быть! Это же работа самого Илкена Хантова! — выдохнула она, вставая на цыпочки, чтобы как следует рассмотреть подпись.