Не красавица

Хочу сказать, что нет нужды ехать на моём вайбе, но потом решаю не занудничать и синхронизирую устройство по блютус.

На первых же аккордах зазвучавшей песни Стас поднимает брови:

— «Оазис»? Любишь брит-поп?

— У меня очень скудный плейлист, — смущённо улыбаюсь я. — Не обновлялся ещё со школы.

— Ретро, — удовлетворённо хмыкает он, прибавляя звук. — Но мне нравится.

Я даже умудряюсь немного подпевать, пока мы несёмся по проспекту. Правда шёпотом. Мне хорошо. Без вибрирующего ощущения в животе, без желания украдкой посматривать на Стаса.

В его машине я едва ли готова ехать вечность, но пару кругов до дома — в самый раз.

А потом вдруг случается непредсказумое. Вокал Лиама Галлахера прерывается стандартной мелодией звонка,и на экране магнитолы вспыхивает имя, которое я мечтала увидеть все шесть дней. Д.А.Н. Дан.

По рукам разбегается электричество, сбивается дыхание. Вжавшись в обшивку кресла, смотрю, как ритмично пульсируют заветные буквы, и понятия не имею, что делать. Сердце колотится так, будто меня застали за чем-то глубоко интимным.

— Ответишь? — долетает до меня голос Стаса.

— Да-да, конечно, — бормочу я и неловко смахиваю пальцем зелёную трубку.

Моя огромная ошибка, потому что в ту же секунду салон автомобиля наполняет знакомый глубокий голос:

— Привет, красавица. Скучала по мне?

23

Острая паника за секунду превращает мозг в гудящий улей, в котором невозможно расслышать ни одной здравой мысли. Кажется, я даже видеть хуже начинаю. Сердечная дробь отзывается в ушах, и спина под платьем противно намокает.

Дан. Находясь на громкой связи, спрашивает, скучала ли я по нему.

— Привет, — сиплю я, вжавшись позвоночником в обшивку. — А... Не знаю…"

"Если бы весь офис «Кристалла», включая генерального, застал меня справляющей нужду в кабинке общественного туалета, я едва ли могла бы чувствовать себя хуже. Ну вот почему я вечно попадаю в настолько идиотские ситуации?!

Пробормотав «Пожалуйста, извини», я для чего-то переворачиваю телефон экраном вниз и лихорадочно пытаюсь сбросить вызов.

Получается не сразу, зато именно в тот момент, когда в салоне снова звучит голос Дана, спрашивающего, всё ли у меня в порядке.

Вспотевшая ладонь с зажатым в ней мобильным безвольно валится мне на колено, и в салоне воцаряется тишина, нарушаемая лишь гулом проезжающих автомобилей.

В эту же самую секунду у меня появляется мечта. Отчаянно желаю, чтобы кресло, на котором я сижу, катапультировало меня сразу в спальню. Лишь бы не встречаться глазами со Стасом.