Третье правило дворянина

Если бы перед Игнатьевым сейчас сидел не бывший сотрудник тайной канцелярии, то он безусловно выдержал бы паузу и заставил собеседника как следует понервничать перед разговором. Обычно это шло только на пользу, но только не в данном случае.

Ворон был уверен, что Верховцев и сам неоднократно пользовался подобными методами, да и потом — заставить опытного сотрудника тайной канцелярии нервничать, дело весьма непростое, если не сказать безнадежное.

Поэтому, как только с приготовлением напитков было покончено, и герцог почувствовал на себе вопросительный взгляд гостя, он повел разговор.

— Как вам на пенсии, виконт, не скучно?

— Странный вопрос, ваше сиятельство, — улыбнулся Верховцев. — Вы что же, решили меня вернуть на службу? Неужели у нас закончились молодые дворяне с горячими сердцами? Насколько я понимаю, от недостатка хороших кадров тайная канцелярия никогда не страдала. Очередь стоит — да еще из таких известных родов, что даже можно голову потерять от растерянности.

— Верно говорите, — кивнул Игнатьев.

— Яков Дмитриевич, нужно ли говорить, что я уже достаточно заинтригован и вы можете переходить ближе к делу. Не думаю, что у главы тайной канцелярии слишком много свободного времени, — Леонид Александрович сделал пару глотков чая и одобрительно хмыкнул. — Хороший, кстати.

— Вы правы, виконт — со временем у меня и в самом деле беда, его катастрофически не хватает, — вздохнул Ворон.

— Так и есть. Никаких секретов я из этого и не делал. Надо же чем-то на пенсии заниматься, чтобы не скучно было, правильно? Ну а работа начальником службы безопасности у такого древнего рода, как Соколовы — это не самое плохое занятие, согласитесь, ваше сиятельство."

"— Спорить не буду, род и в самом деле весьма древний. Вот только в недавнем прошлом произошли кое-какие события, которые бросили тень на эту фамилию, вы знаете об этом? — вопросительно поднял брови Игнатьев.

— Само собой, — кивнул Верховцев. — Но, насколько мне известно, мальчишка ни при чем или возникли какие-то вновь открывшиеся обстоятельства?

— Нет, ничего такого, о чем вы могли бы не знать.

— В таком случае не понимаю, почему бы мне не поработать на Владимира Михайловича. Парень он хороший, не глупый — мне понравился.