Ибридо. Часть 2

– О боже… – первое, что пришло на ум, когда я увидела свое отражение в зеркале. Я думала, что после трехдневных объятий с одеялом я стала похожа на исхудавшего зомби, с синяками под глазами и волосами, которые торчат в разные стороны и ловят связь с космосом, а украсить меня могла разве что шелковая сорочка с кружавчиками, по всей видимости, принадлежащая Амалии или Линде. Но, к моему крайнему удивлению, я увидела в зеркале совсем иной образ: мои черты лица стали гораздо выразительнее, особенно глаза – они налились ярко-голубым цветом, точно таким, как у Уильяма и остальных Бакеров.

Подойдя вплотную к зеркалу, я всматривалась в два океана, из которых вот-вот грозили вырваться слезы от переполнявшего меня восторга. Губы… их как будто обвели по контуру и добавили немножко наполнителя – они приняли идеальную форму, а розоватый оттенок их подчеркивал. Скульптурные скулы, нос, бархатистая кожа, которая так и манила к ней прикоснуться. Я провела ладонью по своим щекам и шее и от удовольствия закрыла глаза.

– Невероятно, – прошептала я.

Затем, отойдя на несколько метров от зеркала, я взглянула на себя издалека:

– Моя кожа стала белее… – задумчиво произнесла я, заметив, что теперь она на пару оттенков светлее, чем до перевоплощения. – Может, это Линда постаралась и навела весь этот марафет, пока я спала?

В зеркале отражалось еще одно довольное лицо: Уильям, глубоко дыша, вместе со мной разглядывал мое обновленное тело.

– Я три дня не сводил с тебя глаз!.

.

– Нравится?

– Нет слов!

Одно движение руки, и я в его объятиях.

Вот теперь я прочувствовала, какой на вкус поцелуй Уильяма: слегка сладкие и безумно голодные губы… От них было невозможно оторваться, как от спелого, сочного персика, когда ты хочешь съесть его вместе с косточкой. Дыхание Уильяма веяло мятой. А от его тела тянулся слабый шлейф сандалового дерева – безупречного и идеально подходящего ему одеколона с древесным ароматом.

– Пойдем, – Уильям потянул меня за руку к окну и распахнул штору.

Я закрыла глаза от резкого света. – Открывай.

Я открыла и тут же прищурилась от солнечного луча, который падал прямо на мое лицо.

– И зачем это? – но вместо ответа Уильям раскрыл от изумления рот.

– Кошачьи… – выдохнул он. Я, не понимая, что он имеет в виду, нахмурила брови.

– Зрачки кошачьи!

– Тебя это так удивляет?

Уильям принялся объяснять:

– У всех кошачьих глаза темно-коричневого или медового цвета.