Отпуск с убийцей

Массовик сердечно поклонился на три стороны и даже зачем-то кивнул назад, где не было никого.

В эти секунды он напоминал эдакого разъездного премьер-боксера, выходящего не столько побеждать, сколько отвечать на приветствия своих поклонников.

– Представление окончено, – торжественно сказал он, когда отдыхающие угомонились. – Сейчас будет дождь, так что прошу внимательно следить за моей рукой. – Он развернулся и театрально махнул в сторону главного корпуса. – Показываю! Все – в дом! Спасайся, кто может!

Завершив таким эффектным выпадом свое представление, массовик подхватил аккордеон, стул – и во главе колонны санаторцев двинулся к парадным дверям.

Аллея и площадка перед домом опустели.

Налетел первый, предгрозовой, порыв ветра, взмел в воздух мельчайшие частицы кирпичной крошки и весело погнал из-под скамеек – через клумбы и газоны – обрывки газет, измятые картонные стаканчики, притоптанные окурки и фантики от конфет.

Где-то гулко захлопали створки окон…

Небо быстро потемнело.

Будто дьявольская фотовспышка, ослепительно змеясь и рассыпаясь снопом искр, сверкнула молния, и через несколько секунд раскатисто и зло ударил гром.

На мраморные ступени парадной лестницы упали первые крупные капли.

С реки несся неумолчный ровный шум – стена дождя стремительно приближалась.

Когда Невский, малость задержавшийся внизу, под козырьком парадной двери, чтоб полюбоваться восхитительной грозою, вошел в свой номер, то картину он застал такую: гардероб был настежь, а перед ним – в сосредоточенно-задумчивой позе застыл массовик.

Что-то в нем, даже скорее не в нем, не в том, чем он был занят, а в самой атмосфере, здесь царившей, Невского немедленно насторожило.

– Здравствуйте, – сказал он сухо.

Массовик вздрогнул и обернулся.

На мгновение на его красном лице промелькнуло выражение испуга и растерянности.

– А, милейший! – развязно воскликнул он, локтем захлопывая одну из створок шкафа. – Наконец-то я увидел вас! А то я всякую надежду потерял!.

Невский внутренне весь подобрался.

– Простите?

– Да вас, поди-ка, целый день все нет и нет. Вижу: подселили ко мне, а кого – не знаю… Непорядок. А вас как зовут, милейший? – изображая бездну заинтересованности, спросил массовик.

– Невский. Михаил Викторович, – сдержанно отрекомендовался Невский.

– Ну вот! Теперь – порядок. А я тут гадал, как моего соседа могут звать… А все невероятно просто! Жизнь полна подсказок… Куплетов, Савва Иннокентьевич.