Только (не)любовь

Не сразу, конечно, – продолжала Светлана, выпив уже вторую чашку чая и попросив холодной воды. – Когда увидит, что я изменилась.

– Почему вы так думаете? – мягко спросила я и увидела в глазах клиентки страх, больше похожий на панику. Она сама этого боялась и не хотела признаваться.

В обществе принято желать детей и видеть в них смысл существования женщины. И если кто заявляет, что не желает такого счастья, становится, по меньшей мере, странной в глазах окружающих.

– Не знаю. Только я уже не смогу принадлежать себе…

Расстались мы со Светой вполне мирно и на позитивной ноте.

Девушка немного успокоилась и пообещала выполнить упражнения, которые я дала ей, чтобы помочь разобраться, что хочет она сама.

Жалко, что не всегда удаётся следовать своим желаниям. Например, сегодня я предпочла бы провести вечер в кафе или в кино, но никак не в компании Ярослава Дмитриева и его невесты.

Впрочем, это ненадолго. Они покажут мне наследство, отдадут ключи, а потом я с чистой совестью  забуду, как они выглядят.

Общаться с родственниками я не планировала.

Зачем? Мы все взрослые люди, выросшие в разных условиях. Как рыба и чайка. У каждого свои представления, как надо прожить жизнь и чего добиться.

Я добралась до дома, поела и приготовилась к выходу. Оглядев квартиру, которую снимала последние полгода, с некоторой грустью подумала, что мне будет жаль отсюда съезжать. Да, окраина, но вполне милая обстановка, которая с первого просмотра пришлась мне по душе.

А что ждёт в Черёмушках, ещё вопрос.

Возможно, хата совсем убитая и годится только на то, чтобы выставить её на продажу.

Тоже неплохо, правда, придётся ждать три года или заплатить налог на доход. Словом, пока пущу квартирантов. Или переду сама, по обстоятельствам.

А вот особняк, находящийся черте где, потребует продажи. Машиной я пока не обзавелась, а за пятьдесят километров от МКАДа часто не наездишься.

Телефон зазвонил, когда я уже задремала, сидя в кресле. Незнакомый номер с красивыми цифрами – конечно, это его, Ярослава.

– Да, – ответила я, стараясь, чтобы мой голос прозвучал бодро и деловито.

– Спускайся, – без всякого вступления и приветствия произнёс мужчина, будто я была его подчинённой.

Эта манера: говорить с людьми, как с марионетками, не имеющими возможности выбора, меня просто выбешивала.

– Так точно, капитан, – хмыкнула я и повесила трубку.

Собраться было делом нескольких минут, но я сознательно затягивала сборы, чтобы заставить типа внизу понервничать.