Дело молодых

У тебя на половину этого списка дела уже заведены, а на другую – готовятся. Рассказывай уж как есть.

– Как есть, – вздохнул Карнаухов, – как есть, вслух говорить не принято. В общем, ты, думаю, в курсе, что у генпрокурора, не нового, предыдущего, сын активно бизнесом занимается.

– Может, что-то и слышал, – пожал плечами Реваев. – И что, успешно занимается?

– Не задавай глупых вопросов, Юра, – вспыхнул Карнаухов, – или ты думаешь, что при таком папе хоть что-то может быть неуспешным?

– Да, хороший отец – это всегда на вес золота, – благодушно отозвался Реваев, – я вот помню, ты как-то рассказывал, у твоего Игорька бизнес не пошел.

Что, – Юрий Дмитриевич хитро прищурился, – не повезло с отцом парню?

– Ты же знаешь, я фигура не публичная, – отмахнулся Илья Валерьевич, – вне нашей системы особого влияния не имею.

– Жаль, жаль! Вот был бы Игорь сейчас миллионером, мы бы с тобой на пенсию вышли, ловили рыбку где-нибудь на яхте посреди Атлантики. – Реваев огорченно вздохнул.

 – Так, а при чем тут прокурорский сынишка?

– А при том, Юра, что Волков Анатолий Романович, отец одного из убитых студентов, основной деловой партнер сына бывшего генпрокурора. Теперь тебе все ясно? Нервы нам трепать из-за этого дела будут каждый день, а может, и по два раза на дню.

– Ну, на то ты и генерал, чтоб тебе кто попало нервы трепал, – невозмутимо отозвался Реваев, – и потом, прокурор как-никак бывший.

– Как-никак, Юра, именно, что как-никак, – возразил Карнаухов.

 – Его же не на пенсию убрали, а немного в сторонку отодвинули. И сколько он там в этой сторонке простоит и когда из-за угла выпрыгнет, не знает теперь никто. Кстати, замы у него все, кроме одного, на своих местах остались, так что, уверяю тебя, прокурорский надзор нам обеспечен по полной программе.

– Ладно, это я понял, – кивнул Реваев. – Мне только одно не ясно, зачем ты мне всю эту ерунду рассказываешь? Ты что, считаешь, что без этой информации я работать хуже буду?

– Юра! – взмолился Карнаухов, – давай хоть ты мне нервы сегодня делать не будешь.

Знаю я прекрасно, как ты работаешь, все я знаю. Но ты пойми, мне же с кем-то поделиться надо. Я не могу здесь сидеть один в кабинете, все знать и молчать.

– Тоже мне царский брадобрей нашелся, – фыркнул полковник, – ладно, если будет совсем невтерпеж, зови, я тебя выслушаю, а так, я тебя прошу, не дергай меня постоянно. Будем работать, если будет результат, я тебе сразу же доложу.