В ад и обратно

– Привет, Хани, – улыбнулась кузина, заставляя Диану мысленно поморщиться. – Девочки, я заехала ненадолго, просто чтобы познакомить вас с преподавателем. Это мисс Ханна Мастерс.

Никак иначе Джо её представить не могла. Только Ханной. Дом, милый дом.

– Диана, – тихо, но решительно поправила Диди.

– Что?

– Диана Мастерс.

Брови Джо картинно взлетели вверх.

– Да? Ну как знаешь, – она снова обернулась к ученицам, и улыбка стала в пять раз шире. – Мне нужно бежать, познакомитесь с мисс Мастерс сами, правда?

Ученицы неопределенно замычали, но Прекрасная Джо их уже не слушала.

Крутанувшись к двери, она, как королева, махнула на прощанье рукой и исчезла, оставив после себя запах дорогого парфюма. Теперь Диана почему-то была уверена, что Джоджо спит с арендодателем. Можно назвать это шестым чувством переживающей предательство женщины.

Диана метнулась к одному из окон и быстро открыла его нараспашку. Потом второе и третье. Пусть духи кузины и стоили состояние, но они не были предназначены для работы, если только в планах не значилась головная боль и тошнота у всех учениц.

Когда с окнами было покончено, Диди развернулась к девочкам.

– Что ж… эм… – она запнулась.

Что ей сейчас нужно сказать? Диана как-то не побеспокоилась о вступительной речи. О чём вообще говорят с почти подростками? Одно она понимала точно: никакой «мисс» здесь не будет. В смотрящих на неё одиннадцати парах глаз не было ни благоговения, ни уважения.

– Как уже сказала Джо, меня зовут мисс Мастерс, но вы можете звать меня просто Дианой.

Друзья ещё зовут меня Ди…

– А почему миз Джорджианна назвала вас Ханной? – спросила девочка в кислотно-розовом коротком платье и массивных кроссовках.

Диди вздохнула. Разговор начинался не здорово.

– Это моё первое имя, – попыталась улыбнуться она. – Но я его не люблю, поэтому прошу всех его не использовать.

– А вы тоже участвовали в разных танцевальных конкурсах?

Этот вопрос исходил уже от другой девочки, в широких джинсах и мальчишеской футболке.

И он Диане тоже не нравился. Она чувствовала себя букашкой, наколотой на иголку, которую рассматривают под микроскопом. Раньше общение с детьми ограничивалось мимолётной улыбкой какому-нибудь малышу, проходящему мимо по улице за ручку с мамой.

– Нет, – Диди приняла самый беззаботный вид, на который была способна. – Но у меня большой опыт работы, – и предвидя следующий вопрос добавила: – И бальных танцев я не танцую.