Версенес. Начало

Теперь все ясно, подобный бред вкупе с расширенными зрачками означал, что она приняла что-то. Бледность ее кожи пугала меня, а все движения были настолько слабыми, что казалось, будто жизнь вот-вот покинет ее.

– Лейла, что с тобой?

Она повернулась ко мне и удивленно воскликнула:

– Как, и ты здесь?

– Лейла, что ты приняла?

– Сон, жидкий сон…

– Где ты взяла этот жидкий сон?

– Ко мне приходил… – на этом ее речь оборвалась, и она впала в оцепенение.

Я завернул ее в одеяло и отнес в машину, перебирая в голове адреса известных мне больниц.

Но ни до одной из них ехать не пришлось, через пять минут я наткнулся на наркологию. Там нас приняли, не задавая лишних вопросов, только поинтересовались, знаю ли я, чем накачалась моя подруга. Я сказал, что не знаю, и выразил опасение, что может быть уже слишком поздно, но меня успокоили, что она поправится.

Через час ожидания в приемной я извел себя самыми безумными мыслями. Все они в итоге сходились на вопросе: какого черта Лейла что-то приняла? Я даже начал злиться на ее безрассудность.

Мои метания прекратила медсестра.

– С ней все в порядке. Просто давление упало. А то, что она приняла, не превысило допустимой дозы. Не переживайте. Ей повезло, что у нее есть вы.

Она похлопала меня по плечу, а мне горько подумалось, что нет у Лейлы меня.

Почти спящую я увидел ее в палате. Ее разум прояснился и нам разрешили уехать.

Я опять завернул ее в одеяло, но на руках отнести себя она не дала. Наверное, ей было стыдно, потому что она прятала глаза и молчала всю дорогу назад.

Дома я усадил ее на диван, взял за руку – кожа все еще была бледной – и спросил:

– Зачем ты это сделала?

– Я не думала, что так будет. Столько было разговоров про расширение сознания… И я решила попробовать… Прости меня, – в ее глазах стояли слезы, а губы задрожали. – Я так испугалась.

Я прижал ее к себе, обещая, что как-нибудь, но будет так, что без моей заботы она не останется.

Нера

Дома оказался только Майкл.

Мама была на работе, Алекс в школе. Майкл устроил мне допрос с пристрастием о том, где я была и что делала. Долго смеялся над моим конфузом.

У нас всегда были откровенные отношения, и ему не очень понравилось, что я переспала с Винсентом. Знал бы он, что я вытворяла в большом городе.

После обеда я осталась одна. Майкл ушел руководить ремонтом. Он боялся, что рабочие могут перепутать рисунок на плитке и положить все не в том порядке.