Навсе…где?

Когда я устроилась в гамаке, Кашмир тоже забрался в него и уселся у меня в ногах лицом ко мне. При этом гамак, когда Каш залезал в него, почти не качнулся – мой приятель был прирожденным акробатом. У толстого англичанина в Калькутте не было никаких шансов поймать его.

Наверное, Кашмир заметил мое восхищение. С довольным видом он, закинув руки за голову, потянулся и искоса взглянул на меня.

– Мне из-за тебя ничего не видно, – недовольно произнесла я.

– Там не на что смотреть, амира, – последовал ответ.

 – Главный вид – это я.

Кашмир с помощью ладоней изобразил вокруг своей головы нечто вроде рамки и рассмеялся. Однако в следующую минуту выражение его лица стало серьезным.

– Мне очень жаль, что вы не попадете на тот семинар про Армению, – сказал он.

– Не переживай. Благодаря тебе у меня появился шанс узнать кое-что интересное. – Я выудила из кармана вырезку из газеты, которую Каш для меня украл. Развернув листок, я прочитала вслух: – «Исчезнувший остров. Остров Песчаный… расположен неподалеку от Австралии… Впервые появился на картах в 1850 году… До недавнего времени его можно было найти и на Гугл-картах.

Однако недавно его не обнаружили на спутниковых снимках. Группа ученых попыталась посетить остров, но отыскать его не удалось. По этой причине с Гугл-карт его тоже убрали».

Кашмир нахмурился:

– И что же с ним случилось?

– Возможно, это был небольшой коралловый атолл, который однажды ушел под воду – такое случается нередко.

А может, его и вообще не было. В общем, теперь этот островок точно больше не существует.

– Что ж, в мире нет ничего вечного.

Я лягнула Кашмира, заставив закачаться гамак.

– Ты что, не понимаешь? У нас целые кипы карт, на которых изображены места, существовавшие когда-то. С лица земли исчезает то, что уникально, неповторимо.

– Время исследований и открытий прошло, амира. Наступила эпоха глобализации. Если весь мир решает тот или иной вопрос каким-то определенным образом, все другие варианты его решения исчезают.

Я снова сложила вырезку в аккуратный небольшой квадратик. На моих пальцах остались следы типографской краски.

– Жаль, что мы все вынуждены соглашаться с таким порядком вещей.

– Но мы вовсе с ним не соглашаемся. Вы, например, его явно не приемлете. – Кашмир озорно улыбнулся. – Не беспокойтесь. Я все еще люблю вас. Кстати, чуть не забыл!

Он достал из кармана рубашки изящную серебряную цепочку.