Белая кошка

Как думаешь? Поехали с нами, скажу, что ты мой помощник.

Улыбаюсь. От матери иногда мороз по коже, она искусно манипулирует людьми, но меня все равно любит.

– Ладно, мам.

– Правда? Милый, как замечательно! Такая несправедливость с этой тюрьмой. Как они могли отнять меня у детей, я ведь им сейчас нужна как никогда. Недавно говорила с адвокатами – они обещали все исправить. Написал бы письмо, вдруг поможет.

Не буду я ничего писать.

– Пора, мам. Сейчас время для самостоятельных занятий, мне не полагается по телефону болтать.

– Хочешь, поговорю с вашим комендантом? Как его зовут? Валери?

– Валерио.

– Только дай ему трубку. Я все объясню. Уверена, он поймет.

– Мне правда пора. Уроков задали кучу.

Она смеется. Могу поклясться, что слышу, как на том конце провода щелкает зажигалка, как мама глубоко затягивается, как тлеет сигарета.

– Да что с тобой? Со школой же покончено.

– Будет покончено, если не сделаю уроки.

– Милый, ты всегда все воспринимаешь слишком серьезно.

В этом твоя проблема. Мой самый младшенький…

Прямо вижу, как она прислонилась к стене тюремного коридора и разглагольствует, размахивая руками.

– Пока, мам.

– Держись братьев. С ними ты в безопасности.

– Пока, мам, – повторяю я и кладу трубку. На сердце какая-то тяжесть.

Так и стою у телефона, пока не заканчивается время для подготовки домашних заданий и из комнат не выбегают ученики.

На полосатом диване устроились два одиннадцатиклассника-футболиста, Рауль Петак и Джереми Флетчер-Фиске, машут мне.

Киваю в ответ и иду к автомату за большим стаканом кофе с шоколадом. Вообще-то, автоматы здесь для учителей, но мы постоянно пьем кофе, и всем плевать.

Сажусь на диван, Джереми корчит рожу:

– Гигишники наслали порчу?

– Да нет, мамочка твоя, – отвечаю я беззлобно. ГГ – это сокращение, какой-то длинный медицинский термин, который значит просто-напросто «мастер». Отсюда и гигишники.

– Ой, ладно тебе.

Есть предложение. Сведи меня с кем-нибудь: надо поработать над девчонкой, хочу затащить ее в постель после выпускного. Я заплачу.

– Не знаю никого.

– Врешь. – Джереми смотрит на меня пренебрежительно, словно удивляется, что еще приходится эдакое ничтожество уламывать. Когда Флетчер-Фиске просит помочь, такие, как я, должны прыгать от радости. Мы же за этим только и нужны.

– Она обещала снять все амулеты – сама не прочь развлечься.