Серебряная маска

 – Я сказала, что мне нужно отвлечься… сам понимаешь. От мыслей о тебе и Аароне.

О тебе и Аароне. Аарон умер, а Колл был жив, но, должно быть, для Тамары его заключение в Паноптиконе и вера всех вокруг в то, что он – зло, было почти равноценно смерти при жизни.

Он вдруг осознал, что если бы и Тамара думала так же, это стало бы для него страшным ударом. У него едва не подкосились колени от облегчения, что она явно придерживалась иного мнения.

Внутри их встретила уютная гостиная с кружевными занавесками и прикрытыми салфеточками маленькими столиками.

На кофейном столике стоял кувшин с лимонадом. Все выглядело гостеприимно, прямо как пряничный домик злой колдуньи. Но Колл не собирался жаловаться. Он был на свободе и с Тамарой. Они даже взяли с собой Хэвока.

– Дай взглянуть на наручники, – сказала Тамара, когда Колл сел на первый свой диван за последние несколько месяцев. Кто бы мог подумать, что он так соскучится по диванам? Тамара нахмурилась. – Из чего они сделаны? Это не металл.

– Их нельзя снять без особых приспособлений, – объяснила Анастасия.

 – К сожалению, здесь у меня их нет. – Она поднялась. – Колл, идем со мной. Посмотрим, может, удастся сымпровизировать.

Не зная, сколько ему удастся побыть с Тамарой, Колл не желал отдаляться от нее ни на секунду, но наручники необходимо было снять. С неохотой он встал и пошел за Анастасией на кухню.

Она указала на стул. На кухонном столе стояла объемная черная сумка, раньше похожие носили при себе врачи. Анастасия достала из нее несколько кристаллов, расставила их на плите и включила под ними горелки.

Пока они нагревались, она повернулась назад к Коллу.

– Мне жаль, что мы не смогли вытащить тебя раньше. Могу представить, как тяжело далось тебе ожидание.

Колл неуютно поерзал на стуле. Анастасия часто вела себя так, будто знала, о чем он думает или что чувствует. Иногда она оказывалась права, иногда – нет, но ее уверенность это не колебало.

Она была абсолютно уверена еще кое в чем, о чем она упомянула во время своего единственного визита в Паноптикон.

Анастасия считала, что, раз она была матерью Константина Мэддена, то являлась и матерью Колла тоже.

Колл сомневался, что это так работает. Но понимал, что не стоит спорить с Анастасией. Она была убеждена в своей правоте. Поэтому он решил просто об этом не упоминать и надеялся, что более это никогда не всплывет.

– Тамара, разумеется, была опустошена, не имея возможности навестить тебя, – добавила она.