Серебряная маска

На кухонном рабочем столе рядом дожидались своего часа три пирога – два с орехами пекан и один со сладким картофелем. Желудок Колла так громко заурчал, что Джаспер изумленно обернулся, будто ожидал увидеть позади себя Охваченного хаосом волка.

Охваченный хаосом человек неуклюже, слегка пролив содержимое, поставил на стол кувшин с чем-то вроде сладкого чая, после чего с ничего не выражающим лицом повернулся к Коллу, изобразил что-то вроде приветственного кивка и ушел. Колл задумался над стремительностью движений, которой отличались Охваченные хаосом.

Затем повышенное слюноотделение избавило его от всех посторонних размышлений.

Их реакция польстила мастеру Джозефу.

– Присаживайтесь, присаживайтесь. Остальные присоединятся к нам с минуты на минуту.

После нескольких месяцев, проведенных на мерзкой тюремной пищи, Колла не нужно было просить дважды. Он торопливо плюхнулся на стул и заткнул за воротник уголок тканевой салфетки.

– Как думаешь, еда не отравлена? – шепнула Тамара, садясь рядом.

Джаспер, устроившись с другого бока от нее, наклонился, чтобы ее слышать.

– Он тоже будет это есть, – возразил Колл, покосившись на мастера Джозефа.

– Он мог заранее принять антидот, – не сдавалась Тамара. – И дать его Алексу и Анастасии.

– Он не стал бы похищать тебя и Колла и выделять вам дизайнерские спальни, только чтобы вас отравить, – прошептал Джаспер.

Открылись двери, в комнату в сопровождении Алекса зашла Анастасия. Колл успел почти забыть, что эти двое были близко знакомы: Анастасия вышла замуж за отца Алекса, желая скрыть правду о себе, как об Элизе Мэдден. Она выглядела величественно в белом брючном костюме и с убранными в аккуратный пучок волосами. На Алексе были джинсы и черная рубашка с изображением бабочки рода «мертвая голова» спереди. Рубашка была классной, и Колл поймал себя на желании поносить такую (с другой стороны, она была очень в стиле Вселенного Зла).

Алекс опустился на стул и тут же положил себе чили. Дождавшись, когда он закончит, Джаспер выхватил у него из рук ложку, и вскоре все сосредоточились на ужине (кроме Анастасии, она лишь пожевала краешек хлебного ломтика).

Чили взорвалось во рту Колла феерией вкуса – оно было сладким, острым, с привкусом дымка. Точно не тюремная похлебка и даже не лишайник.