Полночные тайны

Джин бросает на меня непонятный взгляд, когда я вхожу следом за лордом Элленби и Олли, а потом сразу закрывает дверь.

– Уверен, вы уже встречались с Джин, – говорит лорд Элленби. – А это Иаза.

Рееви, ростом выше Самсона, с длинными светлыми волосами, в зеленом тюрбане в тон тунике, молча протягивает руку. Пока Олли болтает с Джин и Иазой, я рассматриваю комнату. Мы в круглой башне, и это отражается в обстановке. В центре комнаты стоит стол, заваленный папками и коробками, и он круглый. Полки и шкафы, что выстроились по краю комнаты, сделаны по линиям стен.

Напротив двери одинокое окно, сквозь которое я замечаю похожее на нож строение, известное как Шард, – оно поблескивает янтарем в лучах заката.

– А теперь, – говорит лорд Элленби тоном, который означает «заткнитесь», – не начнем ли?

10

– Мы все знаем, чему мы противостоим, – начинает лорд Элленби, когда мы все усаживаемся, – или думаем, что знаем. Мы знаем, как силен Себастьян Мидраут. Или думаем, что знаем.

Полагаю, что на самом деле мы понятия не имеем о том, на что Мидраут способен. Но в этом году Ферн и Самсон обнаружили нечто, что дало нам важное понимание того, к чему он стремится в Аннуне и Итхре. Олли помог нам расшифровать это.

Лорд Элленби открывает какую-то коробку. В ней – маленький деревянный кубик, выложенный полосками красного дерева, которые змейками вьются по его поверхности. Олли откидывается на спинку стула. Он лучше кого бы то ни было знает, насколько опасен этот предмет.

– В этой коробке Мидраут хранит все свои честолюбивые цели. Это его эндшпиль, его окончательный план. Вы теперь знаете, каков он. Уничтожение всех проявлений свободной воли и независимых мыслей. Всего отличающегося или необычного. Один голос. Вот чего он хочет: чтобы все до единого думали и действовали с одной целью – его целью. По его воле. Можете сами рассказать мне, как успешно он действует.

Я оглядываю мрачные лица сидящих за столом. Догадываюсь, что каждый из нас в Итхре представляет собой нечто необычное – нечто такое, что по определению Мидраута выделяет нас из узких рамок приемлемого.

Для Иазы и Джин это может быть цвет их кожи. Я… ну, тут и объяснять нечего. Лишь Олли и лорд Элленби не имеют четких меток того, что вызвало бы гонения.

– Но нам также выпала счастливая возможность, – продолжает лорд Элленби. – Я не хочу чрезмерно давить на Ферн и Олли, потому что, видит бог, они и так уже получили достаточно.