По доброй воле

И вместе с воздухом наружу выходили все переживания последних месяцев, все страхи последних дней, весь ужас последних часов. Вся боль, которая черным дымом клубилась между ребер и мешала дышать.

Мне хотелось занырнуть как можно глубже в омут отчаяния и выть раненым зверем. Так было бы проще. Но тепло женского тела вытаскивало меня на свет.

Рядом с ней я исцелялся.

Моя ладонь покоилась на ее руке, такой тонкой и хрупкой, такой теплой. Я обхватил пальцами сгиб ее локтя и слабо улыбнулся.

Я ощущал усталость каждой мышцей, каждым суставом, каждой связкой.

Мне хотелось уснуть в этой палате. Хотелось замереть в этом мгновении рядом с девушкой, наверняка накачанной седативными, а потому крепко спящей.

Мне хотелось верить, что, даже если она внезапно проснется, первое, что она сделает после того, как придушит меня за то, что я все это время был жив – улыбнется. Ее зеленые глаза сверкнут, и она тихо скажет мне те слова, которые однажды уже разбили мое сердце: ты у меня под кожей…

Я нежно поцеловал спутанные волосы.

Их аромат перышком пощекотал горло.

– Ты гораздо глубже, Хоуп Грин. В самой сердцевине моих гребаных костей.

Грин. Хоуп Грин.

Я невольно хмыкнул, ощутив себя лишним на чертовом празднике жизни.

Это чужой праздник. Чужая жизнь. Чужая жена. Чужой ребенок. Все чужое. Все это никогда не стало бы моим.

Тоска кольнула сердечную мышцу. Я тихо выругался.

«Прости меня, Логан. Видимо, нам суждено всю жизнь шагать рядом. Незримо, неосязаемо, но бок о бок.

Прости меня, мой товарищ, за то, что я здесь, но мне это нужно».

Я скользнул пальцами по теплой руке девушки к плечу и глубоко вдохнул. Она не шевелилась, погруженная в глубокий и, надеюсь, исцеляющий сон. Она ровно дышала и казалась умиротворенной. Беззащитной. Хоуп сейчас была так же одинока, как я.

Я одернул себя и поморщился.

Нет. Не так же. За ее плечами был ее муж, ее друзья… семья. А за моими… За моими плечами маршировали молчаливые призраки.

«Перестань уже жалеть себя! Ты сам выбрал этот путь! Прекрати ныть и набирайся сил».

Я повернул голову, цепляясь щетиной за наволочку. Да. Мы были одиноки по-разному. Но она тоже была одинока прямо сейчас.

Я криво улыбнулся, стараясь не соскользнуть в сон.

«Ладно, Грин, лови такую отмазку. Ей сейчас тоже нужна компания. Ей нужен друг. Помнишь, я ведь был рядом с тобой, когда ты был так же одинок?».

Воспоминания ворвались в голову яркими образами.