По доброй воле

И все обезболивающие – это лишь способ притупить сознание и заставить забыть, что один из главных инстинктов человека – выживание.

Я криво усмехнулся, обдумывая его слова.

– Звучит, как заповедь маньяка.

Серые глаза мужчины недобро вспыхнули – словно молния хмурое небо разрезала. Он хрипло засмеялся.

– Ох, Дэнни, знал бы ты, насколько близок к истине…

Мы провели в пабе несколько часов. Пили, ели, травили пустые и бессмысленные байки и изучали друг друга. Оценивали. И к концу вечера каждый из нас сложил о другом представление.

Наметанный глаз и чутье к концу вечера уверенно заявляли: Аарон Таппер – ближник. И очень неплохой. Его осанка, мышечный каркас, выверенные, отточенные движения и цепкий взгляд с потрохами выдавали в нем вояку. Гонора ему не хватало да мертвенного равнодушия во взгляде, и я решил, что звание у него не слишком высокое.

Мой собеседник тоже разглядывал меня весь вечер, и совсем не украдкой. Он откровенно пялился на мои руки и плечи, то и дело погружаясь в свои мысли – очень серьезные, судя по выражению его лица – и выныривая из них лишь тогда, когда я выдергивал его, повышая голос.

Что понял про меня Аарон, меня не слишком волновало. Если поначалу мне хотелось забраться к нему в голову и разузнать его мысли, то к концу наших посиделок любопытство сошло в ноль – когда опустел пятый бокал скотча, я конкретно захмелел.

Давно же я не употреблял алкоголь!

Я устало улыбнулся и повернулся к собеседнику.

– Боюсь, я должен откланяться и двинуться в сторону дома.

Аарон кивнул, не переставая пристально разглядывать мои руки и плечи. Этот взгляд уже давно начал знатно бесить.

Я пощелкал пальцами перед его лицом.

– Земля вызывает! Ты хоть слышал, что я сказал?

Аарон вздрогнул и тряхнул головой. Его взгляд прояснился.

– Да, конечно, слышал. Конечно, да, пора по домам.

Он сузил глаза и нервно облизнул губы.

– Дэнни. Я тут подумал…

Я удивленно вскинул брови, когда Аарон улыбнулся. Жутко улыбнулся, словно что-то противозаконное собирался предложить.

– Давай как-нибудь сыграем в дартс?

***

– Мазила!

– Иди к дьяволу!

Я зажал дротик в правой руке и прицелился. Пальцы больше не дрожали, но движения все еще были немного скованными. Каждый раз, когда я заносил руку для броска, плечевые мышцы сопротивлялись, словно были сделаны из прочной проволоки.

Очередной ночной приступ не прошел бесследно. Боль засела где-то внутри и слабо жгла мышцы. Кончики пальцев то и дело пронзал ток.