По доброй воле

Я хотел развернуться, оттолкнуть ее, рвануть прочь… но ее объятья дарили спокойствие. Обещали заботу. Заполняли мое озябшее в одиночестве нутро теплом. Те ощущения, в которых я не особо нуждался до ранения. Но то была другая жизнь. Жизнь, в которой у меня была семья, пусть это были всего лишь сослуживцы, был друг, была работа, было будущее. У меня было все.

А сейчас у меня была лишь она. Она одна была рядом все это время. Она ругалась, кричала, злилась. Но была рядом. Лишь она понимала меня.

«И Аарон…».

Я вздрогнул от ворвавшегося в голову воспоминания о мужчине, с которым я достаточно сблизился, чтобы умудряться не надрать ему задницу каждый раз, когда он бесил меня.

Сейчас он больше всего подходил на роль человека, которого я мог назвать другом! И он был влюблен в девушку, чье дыхание сейчас обжигало мою щеку!

«Ты должен оттолкнуть ее, Стоун!».

Но я не шевелился, боясь разрушить чудесный мирок, который Алессандра создала своими объятьями.

Девушка глубоко дышала. Ее пальцы спустились по моей груди вниз, рисуя ложбинку пресса.

Ладони раскрылись, обжигая кожу через футболку. Следующий ожог оставил на шее осторожный вздох. Кожа моментально покрылась мурашками, которые бросились врассыпную по плечам.

«Оттолкни ее, Дэнни, оттолкни! Ты облажаешься! Ты потеряешь и ее, и его!».

«Да срать мне на этого парня!».

…Перед взглядом встали задумчивые серые глаза. Партии, которые я продул. И последняя партия, во время которой я, наконец, приоткрыл карты. Сам не понял, зачем, но приоткрыл.

Я вспомнил тоску в серых глазах молодого мужчины…

Тонкие пальцы коснулись моей челюсти, вырывая меня из воспоминания, возвращая в теплый крошечный мирок наших объятий. Алессандра мягко надавила, заставляя меня повернуться.

…Я вспомнил Аарона, подпиравшего стену центра. То, каким потерянным он был…

Я медленно поворачивал голову, повинуясь осторожному напору теплых пальцев. Дыхание стало частым, поверхностным. Глаза оставались закрытыми, но перед взглядом одна за другой мелькали картинки.

…Аарон. Хренов Аарон с его тоскливыми, как у брошенного щенка, глазами…

Мягкие губы коснулись уголка моего рта, нежно, осторожно, словно боясь отказа. Я судорожно вдохнул и потянулся к ним навстречу…

«Оттолкни ее, Стоун! Если ты облажаешься, ты потеряешь ее! Их обоих!».

«Да срать мне на него!».

«А на нее?!».

…и замер.

Эта мысль отрезвила меня. Я не мог потерять ее, моего доктора, моего друга!..

«ЧЕРТОВ СЛАБАК! ТЫ – НЕ МУЖИК!».