Северный ветер

И в эти мгновения мне хотелось плакать и обнимать поющих всадников, чтобы хоть немного облегчить их тоску.

Я давила непонятные порывы, стараясь отвлечься на остальных мужчин. Но становилось только хуже. Во взглядах молодых Дааров легко читалась печаль, а по лицам Кхар Джахара и Гардаха неизменно скользили тени, словно они горевали о безвозвратно утраченном счастье. И я сдавалась. Конечно, на шеи поющих не бросалась, но тихо плакала, утирая слезы рукавом плаща.

Хотела бы я знать, о чем их песни…

***

Небо над нашими головами все еще было затянуто облаками, но иногда в просветах мелькало солнце.

Когда его луч впервые за много дней упал на землю, всадники радостно закричали.

Я смотрела на них круглыми от изумления глазами. Так соскучились по солнечному свету? Серьезно? В моем мире есть места, в которых его нет по полгода!

Заметив мою реакцию, Кхаад впервые за время нашего путешествия весело засмеялся, прижал раскрытую ладонь ко лбу, потом кулак к сердцу и обратился ко мне:

– Avale?s im z?lt ama?r, m?ri?!

Его смех подхватили остальные всадники и принялись повторять эту фразу вместе с нехитрым ритуалом.

Я взглянула на разорванные солнечным светом облака и прошептала:

– Авале?с им зюльт ама?р… Похоже на приветствие…

Ехавший рядом Аик кивнул на небо и соединил пальцы обеих рук в круг.

– Mar m?ri?, sale? im z?lt!

Я медленно кивнула.

Понятно, имзюльт – это солнце. Теперь в их приветствии упоминается солнце. А еще васахтю? им зюльт… Выходит, они интересуются, видела ли я солнце…

Какое-то особое у них отношение к нему, это очевидно.

Поставив зарубку в памяти понаблюдать за тем, какое приветствие всадники используют в разное время суток, я предалась разглядыванию природы.

В первые дни, когда земля начала оживать, стряхнув с себя снег, меня не отпускало разочарование. Мои спутники были настолько необычными, что окружающий мир на их фоне казался банальным. Уж слишком он был похож на мой.

Я, конечно, не ждала, что трава будет синего цвета или будет светиться, как глаза мужчин.

Но, увидев торчащие из земли зеленые ростки, равнодушно отвернулась.

Вот только мое нелепое разочарование было недолгим.

Кайдахары уже стали почти родными и за шок не считались. Когда я впервые увидела их, меня вообще все поражало. А первый ОСМЫСЛЕННЫЙ шок от представителей местной фауны я испытала, когда трое всадников во главе с Гардахом уехали на несколько часов, а вернулись с тушей. Убитое ими животное мордой напоминало оленя.