Демы

 – Мне кажется, ей было больно и…

– Невероятно! – воскликнул Лихов, не дав Владу договорить. Он поднялся со своего места. – Теперь я вижу, к чему вы клоните, Анна Анубисовна. Полная демутация происходит совсем не так, – сказал он. – Истинное полное обращение это…

И тут произошло нечто, от чего у Влада перехватило дыхание. Лихов сделал неуловимое движение – это было похоже на шаг в сторону и назад, как будто он хотел обойти самого себя по кругу. Тело его совершило пируэт и где-то в середине поворота преобразилось, словно в невидимую дверь вошел человек, а вышел исполинский бык медного цвета.

Зверь был настолько огромен, что едва не задевал рогами люстру. Одежда Лихова каким-то чудом удерживалась на мощном теле – рубашка треснула по швам, брюки превратились в лохмотья. Бык склонил свою лобастую голову, согнул узловатые колени и церемонно поклонился. Затем уже бык повернулся вокруг самого себя и вновь стал слегка запыхавшимся Лиховым. Сквозь порванную одежду проступало поджарое человеческое тело.

Владу хотелось поаплодировать. Он впервые увидел полную демутацию так близко. Да еще и в обе стороны: туда и обратно. И это было невероятно!

– То, что ты увидел на кладбище походило на это? – спросил Лихов с живым интересом.

Влад отрицательно покачал головой.

– Нет. В том, что видел я было нечто… Нечто, – он постарался подобрать точное определение. – Неестественное. Искусственное. Как будто девушка противилась этому.

Анна Анубисовна кивнула.

– Нам повезло, что Акумов оказался таким расторопным.

Он прибыл на место очень быстро, в течение нескольких минут, и застал девочку на раннем этапе преображения. Насколько я поняла, остальные жертвы попадали к ученым уже в звериной форме. Прибывшая через десять минут полицейская группа нашла в заброшенном особняке лишь оглушенную падением бурую гиену. Только со слов Влада и его напарника они выяснили, что это не дикий зверь, а демутант. Вывод – озверение наступает за считанные минуты. Полагаю, вы понимаете, что это значит.

Высшие зашевелились, бросая друг на друга непонимающие взгляды.

– Есть еще жертвы… – вдруг отчетливо произнес Мышкин.

Влад обернулся. Роберт Мышкин глядел перед собой, в стеклах его очков отражались догорающие угли камина, словно они были объяты пламенем.

– Да, верно, – подтвердила Анна Анубисовна. – Возможно, пострадавшие изменились без свидетелей или жили одни. Озверев, они просто растворились в дикой природе, будто их никогда и не было.