Кроатоан

– Видела?

– Не знаю…

– Погоди, я отмотаю назад. Обрати внимание на их позы.

Кармела подается вперед и щурит глаза. Нико останавливает запись, Кармела изучает каждую фигуру. Отец наклонился над велосипедом. Мать сняла куртку и вешает ее на стул. Старшая дочь держит вилку. Младшая замерла в прыжке.

– Да, вижу. И что?

– Теперь смотри.

Нико нажимает на Play. Отец отпускает велосипед и оборачивается. Мать отпускает куртку и оборачивается. Старшая дочь отпускает вилку и оборачивается. Малышка приземляется на землю и оборачивается.

Они делают это одновременно, с идеальной хореографической слаженностью. А потом все они идут в одну сторону.

В сторону камеры.

– Они ее заметили, – догадывается Кармела.

– Что заметили?

– Камеру. Они заметили, что их снимают.

– Нет. Дело не в этом. Там никого не было, только камера.

– Тогда что с ними происходит?

– Происходит, это уж точно, – отвечает Нико.

Четыре фигурки приближаются, но теперь Кармела замечает, что они действительно не смотрят на камеру.

Они просто движутся в этом направлении. Шаги у всех четверых ритмичны, так же ритмично они взмахивают руками. От такого единообразия затылок Кармелы покрывается мурашками.

Семья уже совсем рядом с местом, где закреплена камера, но она подвешена высоко, им придется пройти под ней. Первой идет младшая девочка – ведь она находилась ближе всех. Следом идет ее сестра, дальше – мать. Отец замыкает шествие. В строгом порядке. Теперь становится различимо лицо малышки. Кармела вздрагивает.

Девочка ни на что не смотрит. Она смотрит перед собой, но зрачки ее разошлись по сторонам, как будто что-то выискивают. У ее лица нет выражения. Старшая…

И тогда происходит что-то еще.

– Подожди! Останови! – Нико нажимает паузу. Кармела указывает на полосу неба над четырьмя фигурами. – Это… птицы?

– Да, похоже.

Кармела подходит к экрану вплотную, едва не касаясь пальцем.

– Мне кажется, это сороки. Слетелись вместе и выстроились в одну линию… Сороки на такое способны, они птицы ловкие, но это не перелетный вид… Зачем такой строй?.

.

В ее голове вспыхивает воспоминание: университет, лекция по этологии. Мандель веселит студентов очередной историей: «Вы напоминаете мне одного фермера, владельца коровьего стада, который ни разу в жизни не видел жирафа. И вот однажды фермер его увидел: пятнистое тело жвачного животного, неестественно длинная шея, маленькие рожки на голове… Фермер в испуге и смятении кричит: „Не может быть!“ Но это может быть.