Молитва отверженного

Стас и слушать ничего не хотел о каких-то долгах, при этом отказывался будить младшего брата. Александр быстро вышел из себя и начал орать на уголовника. За это он тут же схлопотал леща, от которого у него перед глазами заплясали солнечные зайчики. Он попытался дать сдачи и даже замахнулся, но Косенко-старший без труда добавил ему еще пару оплеух.

– С долгами разберемся, – сказал он, пинками выгоняя униженного и морально раздавленного Сашу за ворота.

Из губы Денина капала кровь, под глазом набухал лиловый фонарь.

– Если должен – вернет. Если решил как лоха развести – ответишь! – После этих напутственных слов дверь за ним захлопнулась.

«Отвечать» Саше больше не хотелось. Потирая саднящую челюсть, он медленно брел по дороге.

Денег и работы у него не было. Внутри тоже ничего не оставалось, только ноющая боль и мертвая пустота.

Он подумал о своих малышах, и лицо его стало еще более хмурым. Дети сторонились его. Вчера дочь невзначай выдала, мол, как классно мы на днях гуляли, были в аквапарке с дядей Сережей.

Дядя Сережа, твою мать!.. Быстро же его недавняя супруга нашла ему замену. Саша на мгновение даже испытал ревность. Впрочем, какое это теперь имеет значение? Юля не замужем. Он не женат. Только вот что теперь делать с этой свободой? Как ею воспользоваться?

«Таня, я люблю тебя!»

Где-то под сердцем снова все скрутило болью. Саше казалось, будто чьи-то костлявые пальцы безжалостно отщипывали от его внутренностей по кусочку.

Он не переставал думать о любимой.

Впереди золотисто сверкнул купол церкви.

На мелочь, оставшуюся у него, Саша купил несколько свечей.

«Боже, сделай так, чтобы мы были вместе!»

Он прикрыл глаза, пытаясь вспомнить хоть какие-нибудь молитвы. Бабушка в детстве учила его, но сейчас голова Денина была заполнена истеричным хаосом, словно превратилась в клетку, набитую взбесившимися крысами.

«Боже, верни ее. Без нее мне не жить!»

Из-под века выскользнула слеза, блеснула в дрожащих огоньках свечей и упала на дощатый пол.

– Я приму тебя любую, – медленно, тщательно выговаривая каждую букву, проговорил Саша. – Хоть без рук, хоть без ног. Старую, хромую, глухую. Потому что только я люблю тебя по-настоящему. Так мать обожает своего ребенка, каким бы он ни был.

Он смотрел на свечу и плакал, уже не сдерживая слез. Свеча будто прониклась состоянием мужчины и тоже залилась восковыми слезами.