Регул

Так и тут. Кто-то обнаружил дар остекления и теперь никто не был застрахован от того, что его не загонят под стекло для декора. Можем, я для этого здесь?

– Ирвин, – позвала я своего спутника, пока он вел меня куда-то, —почему все под стеклом?

– Что? Я тебя не понял, – задумался он.

– Вот смотри. Лучи, листья, яблоки, ствол дерева – все как будто под сантиметровым слоем стекла, – я все-таки не удержалась от своего детского вопроса.

– А! Так ты про свет! Это не стекло, это свет жизни, энергия, излучаемая тем или иным объектом.

На земле человек видит лишь материальный аспект объекта, его формальную сторону. Однако, многие дети видят вещи в целокупности с их духом, от того, наверное, говорят, что «в детстве и трава зеленее…». Здесь же материя более тонкая, поэтому ты видишь все так, как оно есть.

– Понятно, – сказала я, убеждаясь в том, что совершенно ничего не понятно, – а теперь главный вопрос, который мучает меня все это время: почему я голая?!

Ирвин вновь рассмеялся:

– Ты же новенькая.

Тебя пока никуда не определили, не решили, что с тобой делать. У нас все распределено по цветам, чтобы не путали семью с семьей. Новички —совсем другой раздел…

– Семьей? – перебила его я, весьма озадаченная.

– Так, все! Тебе скоро объяснят! Если, что я буду помогать тебе. Как меня зовут, ты знаешь. Семья Одаренных. Удачи тебе, сейчас я тут уже лишний, – дружески постучал меня по плечу мой пока еще единственный знакомый и удалился. Через пару минут я увидела его вдалеке, цепляющимся за луч солнца и исчезающим где-то в просторах неизведанного неба.

И вот я стою практически голая, на облаках и передо мной дерево с яблоками. Кажется, где-то это уже было… Чувствую себя отнюдь не Евой, а скорее младенцем, который только вошел в неизведанный мир и настолько беззащитен, что хочется плакать. Или не хочется? Пока не разобрала. Тут я увидела голого мужчину. У него также, как и у меня, единственной «радостью» был синий поясок, едва прикрывающий гениталии. Я подошла к нему, понимая, что мы в одной тарелке.

– Привет, вы—…новенький? – спросила я.

– Привет, да. Тебя тоже встретил человек в синей одежде и привел сюда? – спросил он.

Мой собеседник источал напряжение, и вступать в беседы явно не собирался. Это был светловолосый, худощавого телосложения мужчина, лет сорока пяти.

– Да…

В этот момент вышли три человека в золотых одеждах. Их рост был много выше, чем наш, больше двух метров.

– Присаживайтесь, – сказал один из них.