Всё зеленое

– Тогда что мне мешает самому это делать?

Несколько секунд они молчали, потом Макс рассмеялся:

– Тебе точно никакая балка на голову не свалилась? Разве не ты называешь все это бизнес-мурой? Не ты втирал, что не хочешь знать, откуда берутся деньги и как? Что смысл жизни в том, чтобы жить и получать от нее удовольствие, а не калькулировать доходы и расходы? Разве не ты тот самый чертов бунтарь, который, поплевывая свысока, посылает всех направо и налево, потому что может себе это позволить? Да ты был готов жениться хоть на самом Кострове, лишь бы он избавил тебя от всей этой бытовой мутотени.

Лишь бы ничто бренное не мешало свободному полету твоей высокой души и твоим отвязным похождениям.

– Ладно, ладно… – прервал его Артём миролюбиво. – Возможно, я был не прав. Мне казалось, что так я буду свободен. Что смогу делать все, что захочу, и ни под кого не подстраиваться. И ты, кстати, был со мной согласен.

– Я и сейчас согласен. Потому что каждый должен заниматься тем, что умеет лучше всего. Костров – вести дела и сохранять твои деньги.

Ты – тусить, пить, снимать девчонок, тратить деньги и немного играть на виолончели.

Послышалась яростная возня и топот ног.

– Я из-за тебя кофе разлил, дебил. Врачиха нас убьет, – засмеялся Артём.

– У тебя сейчас просто любовное помутнение, – переводя дыхание, сказал Макс, перебежав в другое место. – Это скоро пройдет. И потом ты будешь сильно жалеть, что испортил отношения с Костровыми. Тебе всего лишь двадцать, Тём. И больше у нас с тобой никого нет.

Никто нам не поможет. Кончай дурить. Все, что они просят, – это пара каких-то дурацких мелодий. Просто набор нот. Накалякай им что-нибудь на коленке, они будут счастливы и отвяжутся. И все будут счастливы.

– Я не могу накалякать. Лучше я вообще ничего не напишу, чем потом это позорище будут связывать с моим именем.

– А клип? С ним какие проблемы?

– Не знаю. Просто все это настолько мерзко… Такое чувство, что ковыряюсь в навозной куче.

– Знаешь что, Тём? – В голосе Макса послышалось раздражение.

 – У тебя слишком много понтов. А по факту – импотенция.

– Творческая, дебил, – огрызнулся Артём. – И это я только про Костровых сказал.

– Ну а что тебя вдохновляет? Люди же как-то решают эти проблемы. Покури чего-нибудь, выпей, сходи в церковь, на концерт. Что-то же тебя должно цеплять?

Повисла короткая пауза.

– Ну, все ясно, – Макс приблизился к моей кровати.

– Что тебе ясно?

– Может, она тебя и вдохновляет, но отвлекает еще больше.