Воронья дорога

Он заставил себя не думать о ней. Восстановил в памяти события минувшего дня. В детстве он так часто делал, чтобы заполнить время между щелчком выключателя и уходом в сон.

Итак, он собирался сразу по приезде сообщить родителям, что хочет путешествовать, что оставаться не намерен. Или устроится на фабрику, не обязательно на административную должность, или пойдет в учителя по примеру Хеймиша. Может, когда-то и дойдет до оседло-буржуазного образа жизни, но сейчас охота на мир посмотреть. Не сошелся же клином свет на этом уголке Шотландии, и даже на Глазго, и даже на всей Британии.

Мир и жизнь раскрывают перед ним свои двери, и не грех хорошенько изведать и мира, и жизни. (Кроме всего прочего, нельзя забывать и про атомную бомбу, про этот дамоклов меч, что вечно грозит положить всему конец одной мерзкой вспышкой, за которой последует долгая тьма. Пока есть бомба, любые планы человеческие, любые виды на будущее – чепуха. Ешь, пей и гуляй сегодня, потому что завтра мы взорвем планету на хрен!)

Итак, обо всем этом он хотел сообщить родителям сразу по прибытии, но происшествие с девушками и палаткой, эта бедная перепуганная малютка с полусгоревшими волосами сорвали план.

Ничего, можно подождать до утра. Завтра будет время. Время всегда есть.

Интересно, какова ее светло-медовая кожа на ощупь? Мэри, по ее словам, учится на географическом, но он бы скорее поверил, что она спортсменка. В темноте он улыбнулся, снова потрогал себя между ног. Ее-то географию он бы поизучал охотно: контуры тела, высокие холмы и глубокие долины, темные лески и таинственные влажные пещеры…

* * *

Девушки провели в Лохгайре еще шесть дней.

Макхоуны обычно не запирали дом и потому не услышали, как гостьи собрали свои уцелевшие вещи и уехали на велосипедах, а может, поездом в Глазго.

– О нет! Вы должны остаться! – сказала утром первого дня за завтраком Марго Макхоун.

Все сидели за круглым столом: очаровательно смущенная Мэри с полотенцем на голове, ее подруга Шина – широкая в кости блондинка со щечками-яблочками, азартно уплетавшая яичницу с сосисками, Фиона с Кеннетом, доедавшие кашу, Рори, искавший пластмассовую игрушку в недрах коробки с хлопьями «Шугар смэкс».

Только папы не было – он с утра уехал на стекольную фабрику.

– Мы не можем остаться, миссис Макхоун, – ответила Мэри, не поднимая глаз от стола. Она не ела, лишь надкусила гренок.

– Чепуха, детка. – Марго заново наполнила стакан Рори молоком и разгладила на столе перед Мэри «Геральд».