Трудно быть человеком. Цикл «Инферно». Книга девятая

Сколько до подхода подкрепления?

Пулеметчик – Три сотни!

Сержант – Ждём! Как на дорогу выйдут, лупите из всего, что есть, но не раньше, иначе по лесу разбегутся!

Пехотинцы подтвердили приказ и принялись активно выжидать, надеясь, только друг на друга, в отличие от Капитана. Подбежав к Ланселоту, он попытался выйти на связь с командованием по рации на его спине, пока Сержант ее не отстрелил, переведя ствол пистолета на него:

– Даже не думай.

Капитан – Какого хрена ты тво…

– Ты уже раз нас подставил, приведя на убой.

– Да о чем ты, мать твою?!

– Разуй глаза и включи мозг! Не будет никакого кулака! Не будет никакого подкрепления! Эти уроды нас тупо слили! Мы приманка для очередной бомбардировки!

– Ты бредишь… Капрал.

Но Капралу, что по рангу, что по духу, Сержант был ближе и он поддержал его:

– От этих учений изначально несло подставой.

Прозрение всегда даётся с трудом, а иногда даже ломает человека, особенно тех, кто не привык критично относиться, что к системе, что к ее представителям.

– Валим этих, а после сами сваливаем!

Капрал – Согласен.

Васкез – Огонь!!!

Наконец выбежав на дорогу полторы тысячи бешеных, толпой кинулись на запах страха, невзирая на клочья, что разлетались с первых рядов от их сородичей. Шквал огня врезался в толпу, которую даже замедлить не смог, особенно когда часть бойцов ушла на перезарядку:

– Давай с гранатометов!

Сержант – Фланги! Не дайте им разбежаться!

Но ни десятки залпов, ни тактика не смогли переломить исход, который неминуемо приближался, как и сама стая к последнему рубежу обороны:

– Хана…

Перерезав одиночек и дефективных, чтобы не привлекать лишнего внимания, Кошмар с Рамиресом наконец добежали до брошенного в лесу грузовика с цистерной:

– Далеко на этом не уедешь.

Кошмар – А нам далеко и не нужно.

Подбежав к цистерне, Кошмар выхватил пистолет:

– Я с одной стороны, ты с другой.

Рамирес – А не рванет?

Дикий рев стаи мгновенно убедил бойца в том, что хуже уже точно не будет. Прострелив цистерну, Кошмар выбросил пистолет и запрыгнул в кабину, а Рамирес, вставив последнюю обойму, снова оцепенел на месте. Тяжёлое приземление за его спиной, прокатилось волной не только по земле, но и мурашками по его спине.