Трудно быть человеком. Цикл «Инферно». Книга восьмая

Особенно Инферно поразила её красота, когда она посмотрела на него не пустым взглядом, на который боец даже и внимания никогда не обращал, ссылаясь на то, что столько не выпьет, чтобы лечь с пустышкой, а переполняемым всем тем, что его всегда в женщинах привлекало. Взгляд строптивой кошки, знающей себе цену.

Испытав бурю противоположных схватке эмоций, Инферно был сражён и покорён. Забыв про все на свете, он готов был тут же отправиться на край этого самого света, только чтобы добраться до нее и наконец, познать, реализовав всю свою похоть и страсть:

– Вот ведь кабель…

Уже зная Инферно как саму себя, у Лилит и сомнений не было, что он сможет устоять перед своей самой главной уязвимостью.

– Ну, всё, поглазел и хватит с тебя.

Окутав его мраком, Лилит вторглась в примитивные чары и уже Бестии явила себя, чем та ровно так же была очарована и с придыханием воскликнула:

– Демон…

Рыжая в ответ лишь коварно усмехнулась, мгновенно окружив ее мраком:

– Нет… Много хуже… Человек.

Выпустив свои коготки, Лилит нежно провела руками по лицу Бестии, тем самым порезав ей лицо и изуродовав поистине редкую красавицу:

– Ааа!!!

– Так-то… Впредь будешь знать, как на чужое посягать.

Скрывшись в вихре мрака, Лилит разорвала чары, прервав их порочную связь во всех смыслах этого слова:

– Инферно? Как слышишь меня, Инферно?

Словно выйдя из оцепенения, Инферно резко откашлялся, судорожно стряхивая с себя черную пыль:

– Что за хрень?

В награду за измену, хоть и ментальную, Лилит стерла приятные воспоминания последних трех минут, наградив его очередным беспамятством и приступом тревоги:

– Да что со мной происходит?!

– Инферно, ответь.

Похлопав себя по лицу, Инферно окончательно пришел в себя и наконец, ответил:

– На связи.

– Тебя где черти носят?

– Я закончил.

– Тогда вали оттуда! Копы уже на подходе.

Ментальную связь обеспечивал Буддист, который, почувствовав смену энергий, сначала доложил GW об ушлом ходе Бестии, которая, несмотря на их партнерство, получив возможность, все же осмелилась ею воспользоваться и переманить Профи на свою сторону, а вот после он доложил совсем уже о другом. Ощутив третью сторону, что истощала невиданную доселе мощь, Буддист не смог даже описать то, до чего так и не осмелился коснуться.