Трудно быть человеком. Цикл «Инферно». Книга восьмая

Тем не менее, нехватку времени бойцы вполне компенсировали боевой выучкой, опытом и дисциплиной, что зиждились на железном принципе – Своих не бросать. Падая кто как, никто не посмел бросить товарища и наперекор страху, гася ногами купол соратника, руками его хватал и не отпускал до самого своего приземления. И если Ронину нечего было вспомнить, то Инферно уже видел подобное, когда объединившись, люди выстояли даже против неукротимой стихии, что была сильнее их, но не их духа:

– А я-то думал, что это я безбашенный…

Окинув командирским взглядом всех своих, Мангуст повернулся к Ронину и гордо усмехнулся:

– Знай наших, салага… но за фишку спасибо.

Скинув парашюты, бойцы выхватили оружие и, переговариваясь лишь жестами, углубились в пещеру, активировав ПНВ. Услышав запах тухлятины, Ронин поднял кулак и обе группы тут же замерли, заняв круговую оборону, а сам он присел на колено. Он и без ПНВ видел кровь на скалах и на песке, но зачерпнул горсть, чтобы уточнить, насколько много её тут пролилось.

– Это определенно не парадный вход…

– Питомник, если быть точнее…

Не пойми, откуда появившийся Ацтек тут же поймал очередь в грудь, в голову и тут же растворился в воздухе, появившись уже с другой стороны, снова тут же попав уже под шквальный огонь:

– Прекратить огонь!!!

Лишь один на него никак не отреагировал и даже не обернулся, именно перед ним Ацтек и появился:

– Слух не глаза, его не обманешь, так ведь?

Ронин – Слабо повторить, стоя лицом к лицу, без голограмм?

Ацтек – Лишний риск, слышал о таком… Инферно.

Услышанное определенно взбудоражило бойцов, которые, судя по их реакции, определенно уже слышали этот позывной, как и о том кровавом шлейфе, что за ним тянулся. Момент истины наступил, когда Мангуст, вспомнив о своем недавнем долге уже Инферно, сам убрал палец со спуска и остальным велел сделать тоже самое, помотав головой:

– Обломись, урод.

Ацтек – А вот это навряд ли. Я тебе давал шанс, который ты заслужил в Фукусиме. Даже за кровь своего друга не стал мстить, ведь это была схватка двоих, и третьему там нет места. Но ты все равно пришел за мной, гребанная марионетка, ну что ж… сам напросился.