Апокалипсис в шляпе заместо кролика. Книга вторая

Что же насчёт того, что он сказал высокому человеку, то он с подхода высокого человека к нему, сидящему на скамейке, – он почем-то утверждает, что в ногах правды нет (а как быть, если ты, а точнее он, лжив до кончиков ногтей и в нём правды от рождения не наблюдается), – не дав высокому человеку на него осмотреться, проанализировать его и на основе всего этого задать свой вопрос (как правило, он относился к подручному высокого человека и звучал так: Ты разве не видишь, что это не тот случай), сбивает его с толку своим обращением.

– А тебе видно совсем скучно. – Прямо в точку попадает этот тип, обращаясь к высокому человеку. – И высокий человек, явно что-то подобное за собой подозревая, – всё до чёртиков надоело и даже пользоваться своими возможностями, служебным положением и властью стало не в радость, – когда услышал этот свой диагноз, оформленный в слова, даже на мгновение растерялся и в своей растерянности задался вопросом: И, что ты мне посоветуешь делать?

Этот кудрявый тип, скорей всего, с такими же всколоченными мыслями, поднялся на ноги, вынул из бумажного пакета, что был у него в руке, пластмассовую бутылку брендового названия газировки, наполовину наполненную похожим на этот узнаваемый бренд напитком, открутил крышку и, знаково посмотрев на высокого человека, спросил его.

 – А ты мне скажи, что у меня в этой бутылке. И тогда я, быть может, отвечу на твой вопрос. – А высокий человек видимо никогда раньше не встречался вот так лицом к лицу с таким воплощением дерзости и неуважения к нему, что он ещё больше растерялся и не потребовал от своего подручного убрать с глаз долой этого нахала, предварительно забрав у него эту бутылку, для проведения бактериологическо-химического анализа.

Нужно же определить источник появления столь невыносимой дерзости для высоких людей у такого рода низких людей. А то не доглядишь за их кислотно-щелочным балансом во рту, и они подхватят вирус недовольства замешанного на такого рода дерзости и начнут себя вести не так, как предусмотрено установленными правилами проживания местного общества – те, кто вверху, снисходительно смотрят на тех, кто внизу, а те, кто внизу, задрав голову в благоговении вверх, греются в лучах славы этих поднебесных небожителей.

Но высокий человек хоть и растерян, но его расчётливость и рассудительность всегда при нём как неотъемлемая часть его существа. И он принимается за свои рассуждения.