«Пророк». КГБ изнутри глазами профессионала

Ничего подобного ОН не испытывал более сорока лет с тех пор, как первоклашкой подглядывал за своей бабушкой, купающейся в пруду.

ОН лихорадочно огляделся. Никого… Только желторотая луна ухмылялась в разрывах облаков… Неведомая сила толкнула через дорогу. Повинуясь ей, он сделал несколько шагов, приблизился вплотную к манящему окну… Возбужденное сознание подсказало, что без помоста до подоконника не дотянуться.

«Быстро за угол! – скомандовал внутренний голос, – там пивная, возьми пару ящиков!»

В полузабытьи ОН бесшумно поставил ящик на ящик, по-кошачьи вспрыгнул на верхний.

Сердце уже колотилось не в груди – в горле.

Купальщицы, судя по голосам, были так близко, что ОН вдруг ощутил себя среди них. Смех вдруг смолк. Теперь из окна горячими волнами выкатывались сладострастные стоны разной тональности. Девочки, похоже, были чем-то очень заняты. «Чем?!» – ОН заглянул внутрь.

На банном мраморном столике, раздвинув ноги, лежала на спине крупная девица, будто сошедшая с кустодиевского полотна.

Две другие, миниатюрные, расположились над нею друг за другом, паровозиком. Каждая из участниц скульптурной группы собственным языком, губами и пальцами остервенело терзала клитор подруги, одновременно получая в ответ свою сладкую порцию чужой ярости.

«Закольцованный непрерывный цикл, – с удовлетворением отметил ОН, – чем более активно действует составное звено цепи – каждая участница этого лесбийского круга – тем большей сторицей возвращается к ней затраченное усилие.

Цепная реакция. Слаженно работает трио!»

Только и успел подумать ОН, как вдруг горячая волна оргазма, окатив низ живота, поднялась вровень груди.

Глава вторая

Ганнибал Ганнибалович

Казаченко шагнул в открытую кабину лифта, не подозревая, что перешел Рубикон.

В углу стоял молодой человек в форме капитана милиции. Олегу, три года проработавшему в странах Восточной Африки, было достаточно одного взгляда, чтобы определить: незнакомец состоит в родстве с уроженцами Черного континента.

Впрочем, африканская кровь была основательно разбавлена европейской – цвет кожи почти белый, нет ни расплющенного носа, ни вывернутых огромных губ. Только черные курчавые волосы и карие, чуть навыкате, глаза могли подсказать, в каком направлении искать генеалогические корни незнакомца.

«AРАП» – так мысленно окрестил Олег попутчика – держался с достоинством, тактично вперив взгляд в несуществующую точку на потолке.