Идентификация лукраедки

Я, вот, последнее время много про тебя хорошего слышал. Времечко выдалось свободное – и дай, думаю, заеду к старому знакомому, а тут, оказывается, к тебе пока каким-то архаровцам на лапу не дашь – и не попадёшь без записи».

Такие, Федя, как мы с тобой, всегда считались паразитами на шее трудового чиновничества – поэтому, наверное, мы друг другу и нравились. Ты владел и руководил пучком безудержно размножавшихся стройкомпашек, а я, бывало, консультировал тебя и твоих топов о том, как грамотно минимизировать налоги.

– Те, кто говорят про меня хорошее, просто плохо меня знают. Столь же верно и обратное утверждение.

«Не думаю. Такой, говорят, крутой прорицатель стал, что куда там твоему Нострадамусу!»

– Ну вот и посмотрим лет через пятьсот-шестьсот, кто из нас с ним точнее окажется. Ладно, Федя, я понимаю: ваше время ограничено – ещё больше, чем прежде, – а я вас тут в наши тёрки с Нострадамусом погружаю. Давайте ваши вопросы, постараюсь помочь чем смогу по старой и доброй памяти.

Его вопросы были по части бизнеса – с такими мне всегда приятно работалось – как, уверен, и всей моей команде эльфов-проказников.

Но вечер встреч на этом не кончился. Кто эта сногсшибательная женщина? Такая чужая и недоступная и в то же время родная, как блудный кусок меня, вернувшийся из длительной эмиграции.

И по прошествии стольких лет (и скольких же – неужели семи?) они узнали друг друга.

– Здравствуй, Счастье Моё – Недосостоявшееся!

«Да, здравствуй, здравствуй».

Что значит твоё «да»?

Да, мы были знакомы – и нешапочно.

Да, время немилосердно ко многим, а тут выясняется, что и к тебе.

На твоём лице восхищение или жалость? И что, интересно, отражает моё лицо (если это можно назвать лицом)?

Ты соблазнительна в этом своём костюмчике. А я очень соблазнителен в своём нарочито полосатом?

Стала ли ты лукраедкой? Да, стала. Нет, не стала. Скоро узнаем. А может, ты всегда была лукраедкой? А может, ты стала ею автоматически после счастливейшего события твоей жизни – женитьбы на лукраедке? А может… Фу, Гизя, какой же ты любопытный, ты хочешь сразу узнать про неё прям всё, но не начать ли тебе с иного вопроса, волнующего тебя сейчас неизмеримо сильнее:

– Хранила ли ты мне верность все эти годы так же, как хранил её тебе я?

«Вот именно что так же».

Красивая и умная, всегда таких почему-то любил. И самое удивительное – обычно напарывался на ответку! Надеюсь, и в этот раз мы не поломаем традицию.