Судья

Все рухнуло. Дима теперь никогда не поднимется. Так и будет лежать в грязи, поверженный судьбой.

Дима начал подниматься.

Тут, словно на широком экране, увеличенном линзой, Павел увидел, как над павшим Димой встает Королев. Медленно поднимает ногу, ставит подошву кроссовка на затылок Димы. Давит. Лицо мальчика погружается в грязь.

Взрыв хохота.

– Королев! – Павел задыхался. – Все трое! К директору! В школу с родителями!

Они вздрогнули, улыбки на лицах мгновенно исчезли. Королев первым пришел в себя.

– Мы ниче не делали, Павел Юрьич.

– Да, – закивал другой мальчишка, ростом с хорошего подростка. – Мы ему помочь хотели.

– Не смешите меня, молодой человек. Я все видел. Сейчас – к директору.

Дима поднялся и теперь стоял, весь грязный, не поднимая глаз.

Павел достал белый платок.

– Держи. Вытрись.

Дима шмыгнул носом, не глядя на учителя. Вытерся.

– Вот, – протянул обратно грязный платок. Мальчик не знал, как вести себя в таких ситуациях. Впрочем, Павел знал не больше его.

– Оставь себе. А лучше выкинь.

Платок мало помог. Большая часть разводов на лбу, щеках и подбородке осталась.

– Тебе лучше пойти домой. От занятий я тебя сегодня освобождаю.

– Не пойду, – Дима мотнул головой.

– Почему?

Дима напрягся.

– Отец меня убьет.

– Потому что ты грязный?

– Да, – Дима с трудом кивнул. – И потому что меня избили. Меня отец ненавидит, потому что я слабак.

Павел нахмурился. Его раздирали самые противоречивые чувства: жалость, желание помочь, отвращение, ненависть к тому, как по-идиотски устроена жизнь.

Он взглянул на мальчика. Тот по-прежнему стоял, заложив руки за спину, как приговоренный к казни, грязный, пассивный. Спокойно, сказал он себе. Это всего лишь ребенок.

Павел сел перед ним на корточки. Взгляд Димы был настороженным.

– Твой отец когда-нибудь учил тебя? Хоть чему-нибудь?

Дима покачал головой.

– Смотри.

Павел выставил вперед открытую ладонь.

– Ударь. Вот сюда.

Он ткнул указательным пальцем в центр ладони.

Дима округлил глаза.

– Зачем?

Павел как можно мягче, но все же твердо сказал:

– Можешь просто ударить?

Дима, нервно сглотнув, отступил на шаг.

– Павел Юрьич, но вы же…

– Я не Павел Юрьич. И не твой учитель. Я сейчас твой… враг, – Павел чуть не сказал «отец», но вовремя прикусил язык. – Просто ударь.

Несмело приблизившись, Дима слабо ударил кулачком в ладонь Павла. Рука учителя даже не покачнулась.

– Еще.