Безымянные

Раггиро ожидал, что вскоре свет померкнет и сгустится тьма. Она уступит место сновидениям, возможно, кошмарам. Затем он поднимет веки и, скорее всего, увидит перед собой потрескавшийся потолок больничной палаты.

Но свет не исчезал. Он проникал повсюду, заполняя каждую частицу этого мира. Раггиро Рокка вспомнил Икара и его неудачу. Затем он вновь услышал слова отца: «Неудачи, сынок, неотъемлемая часть нашей жизни. Жизни каждого. Вопрос в том, как ты к ним относишься».

Раггиро подумал, что, наверное, Дедал говорил то же самое, соскребая останки своего сына с земли.

Гонщик хотел моргнуть, но не смог этого сделать. Раггиро поймал себя на мысли, что не чувствует тела. Ему показалось, будто он превратился в маленькую каменную мышь. Единственное, что ещё оставалось возможным, – мыслить.

«Что происходит? – думал он. – Неужели это сон? Хотя не особо похоже…»

В этот момент вновь возник голос отца:

«Жми на педали, сынок!» – кричал он.

– Жму изо всех сил! – крикнул в ответ Раггиро, но слова не вырвались из его рта.

«Может, это кома? – Раггиро Рокка вновь попробовал заставить себя моргнуть, но ничего не вышло. – Чёрт, да что же происходит?!»

«Жми на педали!» – прокричал отец.

– Да жму я! Жму! – резко откликнулся гонщик.

Мысли начали путаться. Вновь перед глазами появился камень. Из него торчал длинный мышиный хвост. Но он тут же куда-то исчез. Мимо пролетали гоночные болиды, а сидящие в них пилоты крутили велосипедные педали.

В голове проносились мысли о том, что с ним могло произойти.

Но они появлялись и исчезали так быстро, что гонщик не поспевал за ними. Одна сменялась другой и, не задерживаясь, уступала место следующей. Мысли сталкивались, цеплялись друг за друга и вновь разлетались. Большую мысль сменяли сотни маленьких. На мгновение они соединялись между собой и снова распадались. Ни одной из них не удавалось задержаться надолго. В голове образовался хаос. Всё стало сумбурным, бессвязным. Тут же окружающий Раггиро свет начал тускнеть. Становилось всё темнее и темнее, пока не наступила полная чернота.

Бесконечно чёрное и абсолютно пустое пространство.

Ничто.

* * *

– Приветствую тебя, Номер Один.

Слова неожиданно возникли в сознании. В тот же миг внутренний хаос прекратился, будто его никогда и не было. Мысли смущённо замерли и поспешно разбрелись по своим местам, словно разыгравшиеся дети, которые не сразу заметили вошедшего в класс учителя. Раггиро почувствовал спокойствие и умиротворение.