Любовь и вечная жизнь Афанасия Барабанова

Троицы, что на Арбате, каменный двухэтажный с антресолями и к оному прилежащему людскими службами, кухней, прачечной, конюшней, каретным сараем, под домом подвал, и там же запасной амбар, в доме с мебелью по прилагаемой описи сроком от вышеописанного числа впредь на шесть месяцев, а срок считать с 22-го января и по 22-е июля сего 1831-го года по договору между ними за две тысячи рублей государственными ассигнациями, из коей суммы при заключении сего условия должен я, Пушкин, внести ему Семёнову, половинную часть, то есть тысячу рублей ассигнациями, а последнюю половину по истечении тех месяцев от заключения условия, принять мне, г-ну Пушкину дом со всеми принадлежностями и мебелью по описи 6-е в строениях, занимаемых мною Пушкиным, выключаются комнаты нижнего этажа дома для жительства экономки и приезда г-на Хитрова.

К сей записи 10-ого класса Александр Сергеев сын Пушкин руку приложил».

…Сюда же, в дом Хитрово, Александр Сергеевич привёз свою молодую жену – красавицу Наталью Николаевну. А за день до свадьбы здесь же прошёл «мальчишник» с участием ближайших его друзей.

Приглашёнными были: брат Лёвушка, поэты – Денис Давыдов, Николай Языков, Евгений Боратынский и Пётр Вяземский с одиннадцатилетним сыном Павлом, которого очень любил Пушкин, называя его «распрекрасный мой Павлуша», а ещё издатель Иван Киреевский со своим отчимом Елагиным и композитор Алексей Верстовский, а также коллекционер, меценат и покровитель искусств поручик Лейб-Кирасирского Её Императорского Величества полка в отставке – Павел Нащокин.

Вяземский под дружеский хохот читал, сочинённые здесь же на мальчишнике, стихи:

– Пушкин! завтра ты женат!

Холостая жизнь прощай-ка!

Обземь холостая шайка!..

Сам же А. С., как вспоминали его друзья, «был необыкновенно грустен и говорил стихи, прощаясь с молодостью»…

«В начале жизни школу помню я;

Там нас, детей беспечных, было много;

Неровная и резвая семья…»

Читал он и другие свои стихи, которых после никто и никогда больше не видал в печати.

Зато назавтра, 18 февраля 1831 года, в день своей свадьбы, что состоялась сразу же после венчания в Храме Большого Вознесения у Никитских ворот, Пушкин был шумен, весел и очень счастлив.

…Штернер и Татьяна подождали у парадного подъезда совсем недолго.

На крыльцо выкатилась невысокого росточка энергичная дама с пухлым лицом и добродушной улыбкой.

– Guten Morgen! – сказала она по-немецки. – Ich bin eine Haush?lterin Herren Chitrowo. Und mein Name ist Angel Koch.