Оборотень

Он честно пытался как можно лучше подтянуть свои знания. После окончания школы он четко решил, что уедет в Москву, поступать в медицинский. А там лодыри не нужны. И именно поэтому Витя, будто самый прилежный ученик всего Белоомутска, за два дня до окончания зимних каникул корпел над учебниками. Врожденная грамотность позволяла подростку особо не переживать по поводу русского языка, да и химию с биологией он, по своему скромному мнению, уже освоил на подобающем уровне. А вот с математикой проблема. Большая логарифмическая проблема.

Из коридора послышалась какая-то возня. Мамин приветливый голос. А за ним еще один. Голос, который Витя обычно всегда был рад слышать, но только не в эту минуту. А он все приближался, и вот уже в комнате показался и его обладатель – худощавый русый парнишка с глубокими карими глазами, которые постоянно светились жизнерадостностью. Витин лучший друг и сосед Сережа.

– Короче, дружище, Вика мне только что отзвонилась, она уже потихоньку к Насте топает, – бойко начал он.

– Я тебе еще вчера сказал, что никуда я не пойду, – спокойно ответил Витя, не отрываясь от учебника.

– Да ты издеваешься что ли? – возмутился Сережа. – Серьезно решил бросить меня там одного?

– Серег, нет ни одной причины, по которой ты не можешь сходить туда без меня, – Витя все же перевел взгляд на друга.

– Ну да, как же, – насупился тот. – А то, что мы с тобой команда не в счет? Как, например, Ракета и Грут.

– Слушай, ты сам прекрасно знаешь, что у меня проблемы с математикой, – Витя все еще пытался отмазаться, хотя он уже чувствовал скорое поражение. – Меня Татьяна Юрьевна казнит, если я продолжу писать пробники с такими же результатами.

– Вот честно только мне скажи, – плюхнулся на кровать Сережа. – Ты хоть что-нибудь подтянул за зимние каникулы?

– Нет, поэтому и хочу сейчас подучить, – довольно ответил Витя и демонстративно вернулся к чтению.

– Ага, и именно сегодня в тебе вдруг проснется математический гений, и ты железно выучишь всю эту фигню за сутки. Кого обмануть-то хочешь? Будто я еще вчера не понял истинную причину того, почему ты решил отморозиться, – слегка раздраженно сообщил Сережа.

– О, и что же это может быть за причина? – Витя честно старался придать голосу нотки недоумения, хотя все было до боли очевидно.