Проснись в Атлантиде. Сон

Расстояние, на которое могло быть затрачено несколько часов, обещало растянуться на гораздо большее время. Движок выл и урчал, тщетно стараясь сократить это время. Но всему когда-нибудь приходит конец. Сначала из-под капота повалил пар, а затем во чреве железного коня, что-то виновато загудело, мотор чихнул и заглох окончательно. Тимофей самоуверенно вышел из машины, даже не подумав заглянуть под капот. По его прикидкам, километрах в трёх, должна была находиться деревня Петровка. Он бодро, хотя не без сожаления, собрав свои пожитки, встал, что называется, на тропу.

Мокрая, после недавнего дождя хвоя, довольно густого ельника, весело искрилась на солнце. Тропа петляла в траве, выводя путника к людскому жилью. Тимофей уверенно и самонадеянно шагал, не подозревая о подвохе. Но так обычно и случается. Стоит только расслабиться, как обязательно нарвёшься на неприятности. Так оно и случилось. Тропинка, которая только что казалась надёжной, стала теряться, истончаясь и пропадая на глазах, пока окончательно не исчезла из вида. Лес из весёлого, умытого дождём, вдруг превратился в корявый, безжизненный. Тут и там приходилось продираться через бурелом. Наконец, уже порядком уставший, Тимофей увидел впереди, раскинувшееся жёлтое пространство болота. В этот момент Тимофей обратил внимание на буквально обрушившуюся тишину. Не стало слышно дятла, бодро выбивавшего дробь, исчезло весёлое птичье многоголосье. Безмолвная тайга, страшная штука. Так и ждёшь, что произойдет нечто нехорошее. Тимофей остановился, прислушался. Тихо. Чтобы не поддаваться эмоциям, он достал карту, и стал определять своё местонахождение. По его абсолютному убеждению, никакого болота здесь, быть не должно, по определению. Карта тоже не содержала никаких данных о его наличии. Вообще вокруг, километров на триста, судя по карте, никаких болот не наблюдалось. Резонно сославшись на топографическую ошибку, Тимофей срезал длинную, крепкую жердь, закинул рюкзак за спину и ступил на первую, зыбкую как холодец, кочку. Первые шаги, словно оживили болото. Оно шипело и качалось будто живое. Он едва удерживал равновесие, опираясь на свою жердь. Неожиданно, очередная кочка под ногой, ушла под воду, а он, потеряв опору, очутился по пояс в густой, липкой жиже. Тимофей вовремя успел положить жердь на топкую грязь, и опереться на неё. Стараясь поменьше помогать себе ногами, чтобы его не затягивало, он стал подтягиваться на руках пока не смог дотянуться до пучка жёсткой травы.