Наследник рода Раджат – 1

Сознание уже плывет, но я на последних секундах зачерпываю жизненную силу и направляю к голове. Это не полноценный магический щит, но даст мозгу еще пару мгновений. Возможно.

Если кто-то пытается меня спасти, должны успеть.

Должны!

Я жить хочу!!

В какой-то момент стена пламени опадает. Я вдыхаю безумно желанный прохладный воздух, и чувствую, что из меня как будто стержень вынули.

Выжил.

Глаза закрываются сами собой, я внезапно практически перестаю ощущать свое тело. Остается только чужое тяжелое дыхание над ухом и голоса.

– Я держу!

– Стабилизируется!

– Петлю на красный контур! Живее!!

– Есть красный контур!

Голоса то приближаются, то отдаляются, сливаясь в общий неразборчивый гул.

– Вытащите? – в эту рабочую суету вклинивается неожиданно спокойный голос.

– Вытащим, – твердо отвечает ему другой, женский.

Я верю сразу и тут же окончательно проваливаюсь в темноту.

* * *

Я открыл глаза и осмотрелся. Небольшая комната с огромным окном и парой кресел около него была явно мне незнакома.

В окно светило яркое утреннее солнце, и эти блики, отражаясь от зеркала, падали прямо на мою кровать. Они меня и разбудили, похоже.

Попытавшись встать, я едва успел ухватиться за спинку кровати. Голова кружилась, перед глазами плясали предобморочные звездочки. Переждав пару секунд, я направился было в санузел, но застыл у того самого зеркала.

Из отражения на меня с любопытством смотрел долговязый юнец с восковой маской вместо лица.

Ни бровей, ни ресниц, ни волоска на черепе не было. Да и неестественно-розовая свежая кожа хорошего впечатления не добавляла. Ну и урод!

Из ступора меня вывели воспоминания.

Я вспомнил взрыв в своей лаборатории. И голос младшенького, чтоб ему столетиями в адском котле вариться!..

Я должен был умереть. Да я и умер, собственно.

Однако я дышу, я чувствую, я думаю. Я жив!

И огонь я тоже помнил. Хотел было признать, что понятия не имею, как в нем оказался, но в этот момент словно прорвало плотину воспоминаний.

Чужих воспоминаний. Какие-то лица, причудливые пейзажи, восточные купола, обрывки фраз на гортанном, смутно знакомом языке, – все мелькало перед глазами и наслаивалось друг на друга.

Кое-как усмирив этот калейдоскоп, я вновь посмотрел в зеркало уже с практическим интересом. Это же теперь я.

В целом тело мальчишки было неплохо развитым для своих лет, тренировками он явно не пренебрегал.