Провинциально-столичная поэма. История любви поклонника к известной киноактрисе

[14 - Смоктуновский Иннокентий Михайлович – советский, российский актёр. Упоминаются его роли в фильмах: «Берегись автомобиля» (Деточкин, реж. Э. Рязанов 1965 г.), Гамлет («Гамлет», реж. Г. Козинцев, 1964 г.). П. И. Чайковский («Чайковский», реж. И. Таланкин. 1970 г.), Сальери («Маленькие трагедии», М. Швейцер, 1979 г.)]

Третий ряд – это дамский. Милей

здесь одна другой богом избранницы.

Улыбнулась Наталья Варлей —

«комсомолка, спортсменка, красавица».[15 - Варлей Наталья Владимировна – советская, российская киноактриса.

«Комсомолка, спортсменка и просто красавица» – эпитеты, которыми была награждена её героиня Нина в фильме «Кавказская пленница».]

Вот, заметил я белые зубки

и глаза, заигравшие глянцем.

То – советский наш Чаплин в юбке,

коротышка Надежда Румянцева.[16 - Румянцева Надежда Васильевна – советская, российская киноактриса, прославилась ролью Тоси Кислицыной в фильме Ю. Чулюкина «Девчата». Обладала бурным темпераментом, изысканной «чаплиновской» пластикой.

]

А у этой отличный кураж

каскадера скорей, чем актрисы.

Настоящий гусарский типаж

у Голубкиной только Ларисы.[17 - Голубкина Лариса Ивановна – советская, российская киноактриса. Намёк на её роль Шурочки Азаровой в фильме Эльдара Рязанова «Гусарская баллада».]

У Самойловой, точно рысиный,

узкий взгляд от амурной бессонницы.

Альбе Регии клин журавлиный

рёк судьбу подколесной любовницы.[18 - Татьяна Евгеньевна Самойлова – советская, российская киноактриса.

Намёк на её роли в фильмах: «Альба Регия», «Летят журавли» и «Анна Каренина».]

«Что за прелесть эта Наташа!»

Не Наташа – Людмила Савельева!

Средь девиц ее не было краше

в бондарчуковском бальном веселии.[19 - Савельева Людмила Михайловна – советская, российская киноактриса. Имеется в виду её роль Наташи Ростовой в фильме Сергея Бондарчука «Война и мир»]

Взгляд скользнул на четвертый…, и вмиг

пробежала волною особой

дрожь по телу – увидел я лик

мне досель неизвестной особы.

……

В этот миг, как Тебя вдруг увидел я,

солнце, вышедшее из-за туч,

в знак торжественного события

уронило на стол теплый луч.

Но искрящихся бликов сильнее,

показалось мне, в тысячу крат,

упоительной тайной овеян,

осветил мое сердце взгляд.

Этих глаз, на меня устремленных,

власть и сила безумно-чарующа!

Среди слов не нашел я достойных

их красы неземной, торжествующей.