На изломе

Я, быстро замкнув дверь, побежал за псом и увидел, как из кустов в палисаднике поднялась фигура невысокого мужчины, одетого во все черное, и в несколько прыжков добежав до забора, перелезла через него. Стало понятно, что этот человек пробрался на участок, чтобы наблюдать за тем, что происходит в доме.

Я оставил Адольфа во дворе, приказав ему сторожить, а сам вышел за ограду. На улице было пустынно. Только вдалеке, на расстоянии 100-200 метров от моего дачного участка, стоял черный автомобиль среднего класса, но новый и хорошо вымытый.

Он заинтересовал меня и я, несмотря на то что было не по пути, прошел мимо него и запомнил номер. Никаких движений  автомобиле и рядом заметно не было. Но обращало на себя внимание то, что двигатель тихо, почти бесшумно работал, а стекла машины, в том числе лобовое, были наглухо затонированы.

Эти события заставили меня поторопиться: я быстро купил продукты в ближайшем магазине и медикаменты в находящемся здесь же аптечном киоске и спешно вернуться домой.

Адольф лежит на пороге и, учуяв меня, приподнял голову и радостно завилял хвостом. У меня отлегло. Значит эти люди пока только наблюдают и не уверены, что Дарья находится в доме.

Внутри я занавесил все окна первого этажа и, рассказав об увиденном, предупредил гостью, чтобы она не подходила к ним и не выходила на улицу. Девушка совсем сникла. Но она немного успокоилась, когда я сказал, что сегодня эти люди убедятся в ее отсутствии и уберутся восвояси, хотя сам не сильно то и верил в это.

Хуже было то, что мои попытки быстро вылечить Дашу к успеху не приводили. Температура снижалась только когда она принимала жаропонижающие таблетки, появились сильный кашель и насморк. На следующий день стало понятно, что ни о каком возвращении в город речи быть не может. Вызвать скорую помощь я не решался, так как периодически, выходя на улицу, видел поочередно стоящие неподалеку автомобили, которые были мне не известны, хотя практически все машины членов нашего дачного кооператива я знал.

Стало понятно, что те, кто искал Дарью снимать осаду не будут и просто так сдаваться не собираются.

С ней на эту тему мы больше не разговаривали, хотя томительное напряжение нарастало. Я предложил ей позвонить на работу и сказать, что она заболела. Здесь выяснилось, что у девушки нет с собой телефона. Его она ни то забыла дома, когда второпях собиралась на вечеринку, то ли обронила по дороге, когда спасалась бегством.