Гарнизон

Построили же чудесный горн, за один раз выдающий железа больше, чем в их поселке выплавляли чуть ли не за месяц!

Макеев еще посмотрел на отлитые из чугуна жернова для новой водяной мельницы, которую собирались строить в селении Арви, что в двадцати километрах от города, и новую конную жатку, наконец изготовленную механиками, и распрощался с Самтаром.

На очереди у него были визиты к купцам и в госпиталь.

Неожиданно для себя решил заглянуть в трактир.

Трактиров с харчевнями в его городе (на взгляд майора) было вообще-то неприлично много – ровно тринадцать, не учитывая трех постоялых дворов.

Если считать со всем населением, включая Махаловку, выходило примерно по одному злачному месту на триста пятьдесят человек, включая женщин, по традиции эти заведения не посещающих, и детей.

В них, как водится, к услугам желающих были и танцовщицы – веселые и нестрогие девушки, и вино, крепленное самогоном, и нехитрая закусь – от вяленой сурчатины с сусликами, до сайгачьей вырезки.

Но, само собой, «повелитель Сантор» шел туда не ради сомнительных развлечений или дрянного вина.

Просто… Горожане до кабацких завсегдатаев включительно должны знать, что градоначальник знает все и бывает везде. А потом месяц, а то и полгода хозяин заведения будет всем рассказывать, что сам сардар удостоил его посещением.

Толкнул дверь, постоял на входе, чтобы глаза привыкли к полумраку, обежал помещение взглядом и удивился – посетителей в заведении было всего шестеро или семеро, но трое из них были ему знакомы – старший лейтенант Шмаков, тридцатилетний командир взвода быстрого реагирования сил самообороны, и двое его подчиненных.

Троица встала, приветствуя командира, хотя как показалось Макееву, старлей приподнялся со своего места чуть позже остальных и без должного рвения. Но это ведь могло и показаться…

– Отдыхайте, ребята, – махнул рукой.

– Да мы уже уходить собрались… – пожал плечами Шмаков.

По выражению лиц его компаньонов Александр понял, что парни как раз намеревались провести тут немало приятных часов.

И причина того, что они так спешно ретируются, не укрылась от его взгляда – на затоптанном ковре рядом с командиром взвода лежала глиняная трубка. Ну а сладковатый аромат яснее ясного говорил, что набита она смесью из горькой степной конопли и листьев сагги – кустика самого по себе безвредного, но по какому-то капризу природы в сочетании с любым наркотиком резко усиливающего его дурманные свойства.