Войны инков. Incas

В тучах прыгал олень, сшибая копытами гром и молнии. Горцы стихли в тревоге, ибо олень был богом. Шири, безмолвно сидя на троне, складывал чётки из позвонков убитых, пил и грыз ногти. Сырость, втекая в узкие окна, парила в пламени… Хач опять повёл «о желании Т?мпальи ведь хоть как-то вкусить от Ки?ту через женитьбу»; он дал подарки: бусы и кольца, чаны с пунийским вином да с тумписским плюс шлем древнего Туна, пращура нынешних халач-ви?ников. Шири, выставив девочку лет двенадцати, брякнул:

– Хач, я смял Манту, точно травинку.

Все мне подвластны. Я даю Пакчу вашему выродку. Я царь Тумписа.

– Жутко! – ожил посол. – Мечтать не могли не смели о стольком счастье! Бог Эк Чуах[28 - Бог Торговли у майя и тумписцев.] к нам милостив! О, владетельный Шири! Ты наш спаситель от злого инки с именем Т?пак! Ладно всё ладится!

– Инка Т?пак?! – горцы дивились.

В телодвиженьях Хач описал беду от агрессоров с юга и услыхал: хха! будут дерьмо жрать инки!!

Белым оленем, с войском из горцев, девочка ехала к жениху на Пуну.

В Манте дрожащий, бледный, мосластый, длинный вождь Тева вышел навстречу. Хач, опрокинув чан с головёнками мёртвых мантасцев, объявил:

– Царь Шири велел: «Я главный; мне подчиняйтесь. Я могу жить на небе и на земле. Я истинный! Так как я вас разбил, на память вам – высушенные манта. Кто против Ки?ту? Я вам отец, бог, царь и владыка».

– Я говорю вам, – выпалил Тева, – надо жить в мире! Что воевать? Мы мирные! – И он вывел из собственной свиты знатного.

 – Он был против, он всё затеял!

Ки?туский главный военачальник, срезав повинную во всём голову, прикрутил её к поясу; а принцесса на стройном белом олене плакала. Было то необычно, все замолчали.

Плот отвалил из Манты Великой в Тумпис Великий, то есть на Пуну. Семь исполинских бальсовых брёвен плыли по морю, крыты настилом. Ночью в каюте девочка Пакча, сидя на шкурах, слушала хлюпы где-то под днищем, думая о своём, плача… Реи стучали в прочные мачты; кили скрипели в щелях меж брёвен.

Были гребцы при вёслах, что подгребали и препирались: «Мать-Море светится!» – «Ты, сульана, дурак. Не Море – Солнце там светит. Солнце под Морем правит к востоку, чтобы там день зажечь». – «Ты, пуниец, и сам дурак! В небе Солнце малюсенький, а когда в Море падает – то большой вдруг? Так не бывает!» – «Пень ты, сульана, хоть и прокалываешь нос костью. Солнце, он воздуху набирает, чтобы дышать в воде, раздувается».