Женщины Иномирья. Половое превосходство

 – Даже так намного лучше или нет?

– Лучше, – согласился Макс. – Но мужчина всегда додумывает, домысливает. Поверь, иногда больше привлекает девушка в одежде, нежели голышом.

– Ну… соглашусь с вами, товарищ джентльмен. Однако, скажите мне знаток женщин…

– А с чего ты взяла, что знаток? – Перебил Макс, которому показалась оскорбительной такая характеристика из уст девицы.

– А ни с чего, – усмехнулась Лена и продолжила мысль. – Тебе нравится большая грудь? Накаченная попа? Какие женщины тебя привлекают больше? С формами или худышки, как я?

– Ты не худышка.

– Не переводи внимание. Отвечай, – съехидствовала девушка.

– Всё индивидуально, – решил он осторожно. – Для меня когда – то была важна привлекательная внешность, но теперь важнее внутренняя составляющая и отношение к мужчине.

– Пф, – фыркнула Лена и засмеялась.

– Чего ржёшь? – С обидой выдал пошатнувшийся на диване Макс.

– Как такое можно заливать адекватной девушке?

– Ладно, – сдался Рябой. – Меня привлекают формы, как и любого сексуально здорового мужчину.

Это на уровне инстинктов, изначальных порывов. Однако, меня не менее привлекает утончённость в женщине, её ум и энергетика. Растолкую понятней. Закон сохранения энергии в этом мире никто не отменял. Девушка, которая видит идеал красоты в сиськах и накаченной заднице цинична и тупа, она тратит силы на внешность, а не на умственное развитие и познание. Есть конечно и такие, что успевают во всём, но их запросы слишком высоки, сами они несчастны, потому как стервозны, мужчины бегут от таких…

Лена слушала с раскрытым ртом.

Никогда ещё подобных откровений она не слышала воочию от пьяного мужчины. Макс ещё минут десять рассказывал ей «Теорию Дарвина». А затем, осознав, что язык его стал заплетаться, поднял очередной бокал и выдал то, чего сам от себя не ожидал.

– Хочу выпить за красоту, нет не внешнюю, а красоту души. Которую делают красивой добрые дела. Ведь делая что – то доброе для другого, ты становишься красивее в его глазах. Конечно, пока это не становится от избытка приторным, или безвкусным.

Лена отодвинулась, чувствуя противоречия внутри. А ещё она поняла, что сердце Макса неспокойно. Аборигена точило прошлое. И девушка хотела бы узнать, в чём же дело, почему в этот необычный вечер врывается нежданная грусть этого существа.

– Мне очень жаль, – выдала Сто шестьдесят девятая, глядя в затуманенные пьяные глаза мужчины. Он мило улыбался, был таким… таким сильным, глубоким, уютным и не злым.